Боги, если это испытание, то я могу его не выдержать!
— Ты… Ты прекрасна, как в день нашей первой встречи, — разлепил я свои пересохшие губы. — А твоя женская магия возросла в двадцать раз. Даже богу не устоять.
Я попытался улыбнуться, но вышло так себе. Нет, я говорил искренне и от души! Просто за этими словами последует «но»…
— Я живу с одной женщиной.
Маленькая ладошка на моей груди дрогнула. И поток жара вдруг угас. Но лицо «царицы» оставалось непроницаемым — высокая школа!
— Это та девица, что отправилась за тобой в изгнание?
— Да, — я не смог удержаться от теплой улыбки. — Ийохали.
— Знаешь, я за нее рада. Она заслужила это… У вас есть дети? — спросила она после паузы.
— У нее есть сын… Не от меня.
Цитлалли кивнула каким-то своим мыслям.
— Тогда мое предложение остается в силе, Хуакумитла. Ты меня не сильно удивил. В конце концов, я ведь знаю о твоей давней жене из Толимеки.
Звезда снова стала теплой и манящей. И много обещающей. И, хотя, она по-прежнему выглядела безукоризненно, но я чувствовал некую неискренность.
— Предлагаю тебе себя еще раз. Но только законной женой пред богами! Не думай, что мне интересно стать твоей очередной наложницей. Я буду первой женой!
— Ты же сама напомнила, что у меня уже есть жена Туа-Онче!
— Та девчонка вышла замуж за владыку Четландии. Я же намерена стать женой бога.
— Не поспоришь, — я все-таки смог улыбнуться искренне. — Звездочка! От самого сердца скажу тебе: ты станешь украшением для любого мужчины. А уж для непутевого бога-калеки и подавно! Но скажи мне: зачем? Ведь не станешь же ты утверждать, что все эти годы жила в одиночестве и мечтала только обо мне?
— А, если так? — Цитлалли пристально всмотрелась в мои глаза — и расхохоталась. А потом вдруг прежняя маска спала с нее, и передо мной предстала глубоко уставшая женщина.
— Последние два года астекам приходится несладко. Они потерпели много поражений. И даже наши горы не смогли удержать. Но всё еще намерены их вернуть обратно… У куитлатеков нет шансов отстоять свои земли самостоятельно. При этом, многие князья без опоры Тескоко и Теночтитлана не считают мою власть такой уж… незыблемой. Если астеки нас не уничтожат, сами перегрыземся. А у меня сын!
Она начала расхаживать из угла в угол.
— Мне ведь уже предлагали. И наложницей. И даже женой. Но… если уж под кого и ложиться, так лучше под тебя. Враг у нас общий. А ты не предашь, я это знаю. Ты будешь защищать и меня, и моего мальчика… Ну! — повернулась ко мне, не скрывая боль в глазах. — Еще что-нибудь рассказать или перестанешь меня мучить?