— Теплый Ветер! — я плюнул на все церемонии и бросился обниматься. — Жив! Я уже не верил, что свидимся… Как же здорово, что я ошибся!
— Жив, государь, — смущенно ответил одноглазый четланский партизан, покрытый героичесикми шрамами. — И Золотое воинство живо! Мы сохранили его, владыка! Все эти годы не давали астекам жизни спокойной, как ты и наставлял. Я, как смог, всех сюда привел! Всю четырехсотку!
Мы слегка отстранились. За спиной Ветра стояли около десятка воинов. Один из них вышел вперед, сослегка смущенной улыбкой — совсем юный, а уже с макой и щитом!
— Приветствую тебя, владыка и Золотой Змей Земли! — выговорил он на правильном четланском, хоть, и с акцентом. — Мне очень жаль, что я не сберег подаренную тобой секиру… Отобрали астеки. Однако, я ни на день не забывал данные тебе клятвы, и сегодня привел славных воинов Толимеки, чтобы встать бок о бок с твоими людьми.
— Чокопиц? — с ума сойти! Этот ладный парень — тот самый забавный мальчишка?
— Да, мой Бог! — толимекский княжич быстрее Ветра выучил новые правильные обращения ко мне. — Я рад видеть тебя после стольких лет! И тому, что могу исполнить волю отца и передать тебе привет от самого его сердца.
— Отец? — я понимал, что выгляжу идиотом, но мог говорить только вопросами. Разве они с сестрой не были сиротами?
— Отец, — кивнул юный князь. Он произнёс это слово с такой теплотой! — Это был еще один твой дар, Змей Земли. Гораздо более ценный, чем секира… и, по счастью, этот дар я смог сохранить.
— Сын Обезьяны! — озарило меня. — Он жив?
— Да, мой Бог, — улыбнулся Чокопиц. — Чудом мне удалось спасти его от гнева астеков. А он, в итоге, спас всех нас. И стал мне настоящим отцом, о каком только можно мечтать. Он очень хотел повидаться с тобой. Но сейчас на нем осталась забота обо всей Толимеке.
— Есть у меня еще весть для тебя, — продолжил юный князь. — Твоя верная жена Туа-Онче почтительно кланяется своему божественному супругу. И желает победы твоему славному воинству! Она даже своего вестника тебе послала… Но он стесняется.
Чокопиц улыбнулся и тихонько вытолкнул из толпы… мальчишку. Кроха метр ростом смотрела на меня во все глаза и беззвучно шевелила тонкими губами.
— Знакомься, Змей Земли: Ейтимитла. Твой сын.
Я понял, что скажет Чокопиц, за пару секунд до того. Но всё равно впал в ступор. Мой сын… Мальчишка был тонок и строен, с ладными, аристократичными чертами лица. Красавец. Весь в мать. Конечно, это мой сын.
Мой сын!
Значит, Туа была беременна. Тогда, когда пришли астеки и порушили мой мир. Надо же… Даже ребеночка ей заделать успел, а настоящим мужем так и не стал… Что она обо мне думает… И смотри ведь! Мальчишку вырастила. По-четлански нарекла. Да еще со смыслом: Третья Рука. Дураку понятно — чья рука. Даже такому туповатому дураку, как сухорукий бог.