— Приму твое молчание за согласие. Так всем в итоге будет хорошо, — чеканю напоследок.
Разворачиваюсь на каблуке и хочу поскорее уйти, чтобы смыть с себя запах этой удушающей встречи, но горячие пальцы Дэмиана хватают запястье и тянут. Врезаюсь в его тело, чувствую бешеный стук сердца под рубашкой. От него пахнет огнем и чем-то диким. Его рука прижимает талию так, будто мое тело принадлежит ему, а не мне.
— Что ты сейчас сказала? — Дэм не спрашивает, а гневно требует ответ.
— С ума сошел⁈ — воплю с испуга.
Сам ведь нос воротил, будто от меня дурно пахнет. А теперь и запах не смущает, нависает надо мной горой. Обжигает лицо горячим дыханием, а зрачки расширились настолько, что от зеленых радужек остался лишь тонкий обруч.
— Еще не сошел, — хрипит Дэмиан у самого уха. — Но близко. Тебе демонски везет, Пустая.
Едва ослабляет хватку, дергаюсь, но тщетно. Да что с ним не так?
— Пусти! — требую я.
Но кто бы слушал?
— Повтори, что ты сейчас сказала, — требует Дэмиан.
Страх, который, как мне казалось, я обуздала, вновь подскакивает к горлу. По спине пробегает холод, и лишь в зоне талии, где нагло и собственнически лежит его ладонь — кожа горит.
— Я… попросила пять дней, — приходится выбирать выражения, потому что пропасть между нашими статусами никто не отменял.
Он все еще способен наказать меня за пощечину. И у него достаточно власти, чтобы отобрать у меня все.
— Дальше… Демоны! — рычит так, что вздрагиваю. Отворачивается, но лишь на секунду. — Повтори то, что ты сказала после этого!
— Сказала, что исчезну из академии! — выпаливаю, кажется, громче, чем нужно.
Не слышу голос за грохотом собственного взбесившегося сердца. И оно бьется все быстрее и быстрее, пока на мраморном лице Дэмина медленно одна эмоция сменяется другой. Гнев, видимо, на то, что какая-то безродная посмела с ним торговаться, уступает место полубезумной ухмылке.
— Ты издеваешься, Пустая? — спрашивает Дэмиан, а голос пронизан ядом. — Ты только что перевернула эту академию, устранила главную пакостницу, чтобы что? Чтобы просто взять и уйти? У тебя точно все в порядке с головой?
Не знаю, что там с моей головой. Но с его — точно беда. Он прижимает меня все сильнее. Запястье уже не горит, а болит. Точно будут синяки!
Дергаю руку в попытке освободиться. но опять все тщетно. Сила на его стороне, а он, видимо, не из тех, кто останавливается. Он из тех, кто все решает силой!
— Как-то странно ты выражаешь радость своей победе, — рычу на него. — Разве ты не этого хотел?
Лишь после этих слов на лице Дэмиана нарастает привычная ледяная маска. Однако глаза… глаза по-прежнему горят. Только вот каким-то иным огнем. Каким именно, даже разгадывать не собираюсь, плевать.