— Шаурма, — поправил я, уже прикидывая, с чего начать.
— Самое важное, это лаваш, правильно приготовленное мясо и соус. Для Лаваша у нас есть и мука, и масло, и соль, в общем всё кроме удобной сковороды, — задумчиво произнёс я. Был противень, но с ним будет сложнее управиться.
— Я сбегаю к Илье, узнаю, что он успел сделать. — Сказал Николай.
— А мясо какое нужно? — спросил Анатолий. — Может рыбу наловить.
— Лучше курицу, — ответил я. — Глафира как раз двух кур принесла.
— Да куда две курицы на тридцать голодных ртов, — удивился Николай.
— Там много и не надо, — успокоил я, — но лучше еще пару птиц найти, — кивнул я. — Лишним не будет.
— Куриц я пожарить на костре смогу, — сказал Анатолий, — У меня это хорошо получается. Но могу и рыбы наловить.
— Рыбы у нас и так в достатке, — а вот помощь с готовкой не помешает.
— А соус? — спросил слушавший наш разговор Ратибор.
— Для него яйца и масло нужны, а еще сметана. Специи и травы у меня имеются. Осталось только приготовить всё.
— Готовы слушать задачи, — рассмеялся Николай.
Елена
Шаурма — дело тонкое. Казалось бы, это простой и банальный фастфуд.
Но как бы не так.
Из обширного выбора быстрой уличной еды, шаурма, как ни парадоксально, одна из самых полезных. И даже соусы не способны этому помешать. Там и диетическое мясо, и разнообразие овощей, а ещё бездрожжевой хлеб, который не вызывает дискомфорт в животе.
А когда шаурма сделана на собственной кухне, из самых лучших ингредиентов и с любовью, то она может стать произведением кулинарного искусства.
Первым делом я взялся за лаваш.
Ничего сложного: мука, масло, вода, щепотка соли. Замесил тесто, отбил его о стол несколько раз, скатал в шар и накрыл тряпицей. Пусть полежит, отдохнёт. А я пока подготовлю всё остальное.
Николай тем временем отправился к кузнецу, чтобы узнать, готово ли что-нибудь из заказанного. Ножи, сковородки, да хоть что-то полезное, что упростит работу.
В отсутствие сковороды, решил использовать противень. Не идеально, но и это сойдёт. Дрова в печи уже прогорели, и угли давали сильный жар. Я поставил противень разогреваться.
Анатолий наблюдал с интересом. Устроился на лавке у стены, положив руки на колени, и следил за каждым моим движением. В углу примостился Генка и тоже украдкой наблюдал, впрочем, стараясь сделать вид, что ему всё равно. Несколько раз он открывал рот, порываясь что-то спросить, но так и не решился.
Я отщипнул кусок теста, скатал в шарик и принялся раскатывать его в тонкий блин. Здесь важно не переусердствовать: слишком тонкий порвётся, слишком толстый не пропечётся как надо. Вот я и катал, стремясь достигнуть золотой середины.