У парня затряслась верхняя губа.
— Да ты… Да я тебя…
— Полезешь в драку, я отделаю тебя так, что неделю сидеть нормально не сможешь, — прежним спокойным тоном произнёс я.
— Тронешь меня, и мы тебя всей деревней… Всей деревней бить станем. — Ну, понятно. Парень перешёл к пустым угрозам. Значит, драки удалось избежать, а соответственно, можно сворачивать балаган. Крепыш тем временем продолжал: — Мой отец знаешь, кто? Он не просто горшечник, он лучший друг старосты, понял? Он тебя…
— Макс!
От звука чужого голоса парень вздрогнул.
— Ты уже от кузнеца? Быстро обернулся! — Из ворот таверны на улицу вышел Николай и зашагал к нам. Увидев парня, он приподнял бровь и спросил: — Что, Макс уже друзей себе нашёл?
— Ага, — улыбнулся я, расслабляя пальцы, сжатые в кулаки. — Знакомимся.
Парень при виде Николая мгновенно сбавил обороты. Опустил кулаки и натянул на лицо вежливую улыбку.
— Здравия, дядь Коль, — произнёс он совсем другим тоном.
— И тебе привет, — Николай кивнул ему и перевёл взгляд на меня. Я подобрал ведро с рыбой. Парень смерил меня взглядом и чуть кивнул, презрительно скривившись. Мол, встретимся ещё на узкой тропинке. Он развернулся и пошёл прочь, периодически оглядываясь.
За забором мелькнули рыжие волосы. Девчонка подглядывала до последнего и скорее всего улыбалась, наблюдая за разборками, которые возникли из-за неё. Не дошло, правда, до настоящей драки, а то было бы ей бесплатное представление.
— Занеси рыбу и пойдём, вместе найдём Бориса, — предложил Николай. — Раз мы решили запускать кухню, нужно продуктов у него заказать.
Я кивнул, быстро сбегал в дом, оставил ведро с лещами, и мы двинулись вглубь деревни. Ника бежала рядом, периодически ныряя в заросли вдоль заборов и выскакивая оттуда с довольным видом и полным ртом.
Поглядывая за пандой, краем глаза я то и дело замечал, что рыжая идёт вслед за нами. Ловя на себе мой взгляд, она останавливалась и делала вид, что у неё срочные дела возле чужой калитки. Я лишь покачал головой. Видимо, надеется на продолжение бесплатного представления.
Мы прошли мимо дома с широкими воротами, из-за которых доносилась оживлённая беседа. Я узнал голос Павла, а через секунду в воротах появился и сам Павел. Следом вышел крепкий мужчина лет пятидесяти. Рукава рубахи закатаны по локоть, поверх надет потёртый кожаный фартук. Штаны, обувь и волосы покрыты мелкими завитками стружек. Я сделал очевидный вывод, что это и есть местный плотник.
— Ну всё, Сидор, — сказал Павел, протягивая плотнику руку. — Тогда завтра зайду, уточню заказ. — Он заметил нас, еле заметно улыбнулся и кивнул.