— Снова моих родичей калечить явился? — судя по звуку, Олеся усмехнулась.
— А есть за что?
— Нет! — тут же ответил кто-то из другого дома.
Голос говорившего я не узнал, да этого и не требовалось.
— У меня для вас добрые вести.
— Какие? — любопытная Олеся тут же придвинулась ближе. Она замерла на самой границе проникавшего в дом через покосившиеся ставни света.
Я окинул девушку взглядом.
— Можете и доброе дело сделать, и голод утолить.
— Падаль жрать не станем, — ворчливо донеслось из дома с провалившейся крышей.
— За себя говори! — возразил кто-то из другой избы. — Я так что угодно сожрать готов.
— Да потому что ты знатный го…
— Сегодня в меню печенеги, — прервал я разгорающийся спор.
На хуторе тут же воцарилась гробовая тишина. В тëмных окнах, дверных проëмах и брешах во ввалившихся стенах одни за другими загорались красные глаза. Некоторые упыри даже слюни начали пускать, чувствуя скорое пиршество. Я отчётливо слышал, как капли с влажным хлюпаньем падали на старые пыльные доски. Да уж, долговато я упырей на строгой диете держал. Оголодали, бедолаги.
— Где? — первой нарушила тишину Олеся. Еë голос подрагивал от нетерпения.
— Сейчас лагерем за лесом стоят, но к вечеру снимутся и поскачут деревни разорять.
— Ты что же, из лесу нам дозволяешь выйти? — удивилась Олеся.
— Только этой ночью и только за печенегами, — внëс я ясность. — Больше никого не трогать. Узнаю, что ослушались — пеняйте на себя. Ваша добыча будет на востоке. Там в устье реки сразу три деревни. Знаете где это?
— Знаем, — уверенно произнесла Олеся и, судя по короткому смешку, улыбнулась, причём весьма плотоядно — иначе у неё просто не получалось.
— А их много, печенегов-то? — спросил тот голос, что ворчал.
— Боишься лопнуть? — вторил ему другой.
— Боюсь, что отпор дадут. Не хочу снова всю ночь стрелы из зала выдергивать.
— Так ты его не подставляй!
В хуторе раздались нервные смешки, а я задумался над тем, что печенеги, и правда, могут отбиться от упырей. Но у меня имелся дополнительный козырь в рукаве. За ним-то я и отправился, взяв с обитателей погоста слово, что они вступят в бой.
Ещë один шаг сквозь лес, и болота сменились сосновым бором. Дышалось тут куда свежее. В воздухе не было сырости с примесью тлена, хотя немного попахивало мокрой шерстью. Волколаки топили баньку.
Как обычно, я переместился не в их поселение, а чуть поодаль, позволив ветру донести мой запах до чутких волчьих носов. При желании я мог бы сделать так, что они не узнали бы о моём присутствии. Но сейчас в этом не было нужды.
— Яр! — первым ко мне подбежал Антипка. — Теперь ты к нам в гости пожаловал?