Двадцать три метра.
Здесь, внизу, мир превращается в довольно яркую 4К-картинку с выкрученной на полный максимум насыщенностью. Бирюза медленно перетекает в ультрамарин, а солнечные лучи постепенно пробивают толщу воды, играя на песке золотыми пятнами. Я завис в невесомости, раскинув руки, как очень довольный владелец, осматривающий свои самые далёкие и экзотические владения. Вокруг атолла Баа было абсолютно тихо. Только успокаивающий, ритмичный шум регулятора: вдох-выдох. Довольно дорогой звук — пожалуй, самый дорогой в мире, после сухого звона уведомления о поступлении дивидендов на счёт.
Впрочем, дивиденды в настоящее время где-то там, наверху. Вместе со всеми проблемами, налоговой службой, конкурентами и вечными просьбами «дай, помоги, обязательно реши».
Я посмотрел на свой небольшой запястный компьютер. Глубина двадцать три, время на дне — тридцать минут. Абсолютно идеально.
Внутренний голос, сытый и совершенно вальяжный, мурлыкал вполне довольно. Максим Викторов, сорок два года. Четыре миллиарда в активах, тщательно распределённых по таким офшорам, где даже местные чиновники говорят на языке банковской тайны. Моя красивая яхта «Афродита» потихоньку качается на рейде, сверкая белым боком. На палубе загорает молодая спутница с длинными ногами и точно такими же запросами. И, что самое приятное, на сотни миль вокруг нет в настоящее время ни единого человека, способного ворваться с воплем: «Максим Петрович, у нас жопа!».
Я заплатил очень немалое состояние, чтобы эти «жопы» затыкались сами без моего непосредственного участия.
Справа незаметно мелькнула какая-то тёмная тень. Я медленно и плавно повернул голову. Манта. Огромный, гигантский морской скат скользил над коралловым плато с грацией тяжёлого и неторопливого воздушного судна. Размах крыльев метра три, не меньше. Она двигалась лениво, совершенно спокойно и умиротворенно, словно зная, кто тут оплачивает весь этот банкет.
Красиво, — подумал я, провожая взглядом её чёрно-белое брюхо. — И это тоже, в конченом итоге, моё. Конечно же, в каком-то довольно абстрактном и философском смысле. Я просто купил время, чтобы смотреть на неё. Я купил оборудование, чтобы вот так висеть здесь. Я купил себе право совершенно не думать о котировках никеля ближайшие две недели. Жизнь удалась. Можно смело ставить жирную галку в графе «Счастье».
Я сделал глубокий, очень жадный вдох, тщательно собираясь опуститься еще чуть ниже, к небольшому гроту, где точно прятались мурены.