— Да где-то в клубе, что ли, — скривилась Оксанка.
— В клубе? — выдохнула я.
Клуб — это что-то для взрослых, крутых, бедовых, как Филатова. Я в клубы не ходила. Боялась. Стеснялась. Не знала, как там себя вести, как одеться, что делать. Чувствовала себя неловко.
Один раз она взяла меня с собой, но мне от волнения, шума, грохота музыки, нездорового внимания и двух глотков коктейля стало так плохо, что я сразу ушла.
— Наверное, как раз в тот день, когда ты… — тоже вспомнила она мой неудавшийся выход «в свет», хоть и не нашла подходящего слова, чтобы описать трусливый побег. Снова смерила меня взглядом. — Да, точно. Именно тогда.
Потом я, конечно, узнала, что вовсе не в тот день они познакомились, и даже не в клубе.
Узнала со всеми подробностями, на которые только способен влюблённый мужчина.
Но тогда я ещё не понимала, что она, а не я, любовь всей его жизни. А в тот момент не умела не верить лучшей подруге, не хотела даже думать, что ей ничего не стоит макнуть меня в грязь просто так, ради смеха, шутки, развлечения, ведь она моя подруга.
Я тут же пожалела, что тогда ушла.
— Он что, закончил физмат? — я невольно выпрямила спину. Филатова кивнула.
Мать моя женщина, физмат! Физмат — это же космос.
Этот парень не просто бог, он умный бог.
Окс посмотрела на меня снизу вверх: я была выше неё на голову, особенно если переставала сутулиться (в ней всего метр пятьдесят один, а во мне все метр семьдесят).
— А что? Понравился? — усмехнулась она.
— Да как-то… — пожала я плечами. — Я же ничего о нём не знаю.
— Могу познакомить, — ответила она.
Я посмотрела на своё старенькое пальто. Мама предлагала купить новое, но, во-первых, это пальто я любила, во-вторых, не понимала зачем: тёплое, удобное, с капюшоном, ну да, наверное, немодное, с катышками, но по автобусам тереть самое то — и отказалась.
Что это пальто известного бренда, мне купили его в Стокгольме в фирменном бутике за баснословные деньги — не те вещи, на которые я обращала внимание. В ту поездку на последних школьных зимних каникулах было так холодно, что мы зашли в какой-то первый попавшийся магазин и взяли это пальто, чтобы я не отморозила всё, что к тому времени ещё не отморозила. Продавец сказал, что оно словно на меня сшито, в нём куча каких-то крутых мембран и оно из лимитированной коллекции. Папа сказал, что в нём я уже похожа на бедную студентку. Мама рассмеялась. А мне именно это больше всего и понравилось. Я студентка. Я поступила!
Папа знал, как меня уговорить.
Боже, как же я тогда об этом мечтала: студенческая жизнь, весёлые друзья, шумные вечеринки.