Дверь распахнулась с таким грохотом, будто её вынесли с петель, и оттуда пулей вылетела Злата. Она была не просто бледной — она была серой, как зола. Дрожащая, с безумными глазами, в которых плескался первобытный ужас, она неслась, не разбирая дороги, и со всего маху влетела прямо в меня.
Я едва успел поймать её за плечи, чтобы она не пропахала носом пол. От неё веяло таким холодом, будто её только что достали из ледяного склепа.
— Эй! Ты чего, блядь? — я нахмурился, встряхивая её. — Что случилось?
Она не отвечала. Только судорожно, со свистом хватала ртом воздух, глядя сквозь меня. Я обхватил её лицо ладонями, жестко фиксируя, заставляя смотреть на себя.
— Злата, мать твою, что произошло?! Говори!
В этот момент из тренерской выплыла историчка — старая дева с комплексом бога. Её лицо багровело, как перезрелый помидор. Увидев нас, она сорвалась на ультразвук:
— Шалава мелкая! Как тебе не стыдно?! Первый день в школе, а она уже учителей соблазнять вздумала! Я всё видела через приоткрытую дверь! Я директору доложу, тебя из гимназии с волчьим билетом попрут, дрянь ты такая!
Злата всхлипнула, рванулась из моих рук, как раненый зверек, и, не оглядываясь, бросилась прочь, к выходу из школы.
Следом за историчкой в дверях показался наш физрук — здоровенный детина с бегающими, как у крысы, глазками. Он поправлял воротник олимпийки и молча кивал на каждое слово бабки, принимая вид оскорбленной добродетели. Типа он тут ни при чем, это она сама на него вешалась… Сука.
Я замер. В голове мгновенно, со щелчком, сложилось два плюс два. Эти подонки увидели те фейковые фото в чате и решили, что девчонка — легкая добыча, «общественное достояние». Неужели этот гандон реально распустил руки, надеясь, что новенькая промолчит, боясь позора?
Ярость захлестнула меня так внезапно, что в глазах потемнело.
— Да заткнись ты уже, старая карга! — рявкнул я на историчку, перекрывая её визг. — Скройся в кабинете и не отсвечивай, пока я тебе лекцию о клевете не прочитал.
Она поперхнулась воздухом, а я, не дожидаясь продолжения, развернулся и рванул к выходу. Гнев вытеснил все.
Злата уже скрылась за воротами. Мне нужно было найти её, пока она в таком состоянии не натворила глупостей. Но в голове уже созрел новый план. Сначала я выцеплю этого физрука после уроков в тихом месте и поговорю с ним так, что он свой свисток проглотит и высрет только через неделю. А потом я найду способ заткнуть историчку.
Никто, сука. Никто, кроме меня, не имеет права трогать Злату. Никто не имеет права её гнобить. Эта школа должна была стать её персональным адом, но я — единственный дьявол в этом месте, и я не собирался делить эту роль с какими-то закомплексованными ублюдками в пиджаках.