Я зажал нос рукой, чувствуя, как под пальцами мерзко хрустит перегородка. Боль была отрезвляющей, чистой и правильной.
Странно, но я не чувствовал ярости к Максу. Наоборот, внутри шевельнулось что-то похожее на уважение — редкое чувство в моем нынешнем мире. Я ведь понимал, что сам накосячил. Моё выступление с Лейлой было грязным, за гранью, и я получил по морде абсолютно заслуженно. Но то, как этот пацан, не раздумывая, бросился на меня, зная, кто за мной стоит… Это было по-мужски. Он вступился за свою девчонку, не побоялся разменять свою идеальную репутацию на разбитые кулаки. Жаль, что судьба развела нас по разным углам этого гребаного ринга. Из него вышел бы отличный союзник, а не очередной враг.
— Отпустите его, я сказал, — повторил я уже тверже, глядя Максу прямо в глаза. Тот не отвел взгляда. Тяжело дышал, но в нем не было ни капли раскаяния. Только готовность сдохнуть, но не отступить.
Насладиться моментом или продолжить драку нам не дали. Двери столовой распахнулись с таким грохотом, будто их выбивали тараном. В зал ворвалась завуч — «железная» Вера Павловна — в сопровождении пары физруков.
— Что здесь происходит?! — её голос сорвался на визг, когда она увидела меня, залитого кровью, и Макса в захвате моих парней. — Грач! Беркут! Вы в своем уме?! Первый учебный день!
Разборки начались мгновенно. Нас, как особо опасных преступников, под конвоем физруков повели к директору. Я шел, прижимая к носу чью-то салфетку, чувствуя на себе сотни взглядов. Мимо Златы я прошел, не глядя, но затылком ощущал, как она дрожит. Она думает, это конец? Нет, маленькая, это только прелюдия. В кабинете директора запахло корвалолом и старой кожей.
— Вызывать родителей. Немедленно! — директор метался за своим столом, поглядывая на мой распухший нос с явным опасением за свое кресло. Еще бы, сын Виктора Грача пришел в школу и в первый же день получил в табло. Скандал уровня катастрофы.
Я криво усмехнулся, глядя на Макса, который сидел на стуле напротив, всё еще сжимая кулаки. Родителей? Ну-ну. Мой батя в командировке, окучивает новые контракты, а «мамочка» Наталья наверняка уже пакует чемоданы, чтобы лететь следом и не оставлять кошелек без присмотра.
— Звоните, — бросил я, откидываясь на спинку стула и чувствуя, как кровь затекает в горло. — Будет весело.
В кабинете директора повисла такая густая, вязкая атмосфера, что казалось, её можно резать ножом. Директор, полноватый мужчина с вечно потеющими висками, то и дело поглядывал на часы. Школьный психолог, женщина средних лет в нелепых очках на цепочке, сложила руки «домиком», глядя на нас так, словно мы были подопытными крысами в лаборатории.