Поехали так быстро, как только позволяла дорога, вернее, ее отсутствие, и вскоре нагнали остальной царский кортеж. Темный продолжал с невозмутимым видом восседать на козлах, царевич с мрачным видом ехал рядом. Понимая, что отец и братья бросились спасать деньги, а о них попросту забыли. Зато теперь глазели с неподдельным удивлением.
– Ой, Ванюша! – обрадованно заголосил царь. – А мы уж думали, мы уж гадали, куда ты подевался?
– Да куда он мог подеваться? – пренебрежительно бросил старший царевич Симеон. – Как всегда, отсиделся в кустах.
– Ага, с лягушкой своей миловался! – поддакнул рыжий Борис и заржал.
– И это наш будущий царь, – сарказм и презрение из Симеона так и сочились. – Где ты был, когда мы с разбойниками бились?
– Да? – переспросил Иван. – И много побили?
– Не твоего ума дело! – подкинулся Борис.
А Симеон процедил сквозь зубы:
– Достаточно.
– Сильны у меня братья. Воеводами бы вас поставить. Выиграли бы все битвы.
– Да ты…!!!
– Ну, вы это, полегче, сынки, – посмеиваясь, увещевал царь. – Главное, что казна при нас! И Ванюша при жене остался.
Поднялся гогот. Иван отвел взгляд, но отвечать не стал. Ничего не поделаешь, славу не перешибить в одночасье. Однако особо веселившихся запомнил, сделав себе памятку, чтобы потом ими заняться.
Как бы то ни было, а лес благополучно миновали. Сделали короткий привал, во время которого Василиса все равно ничего не увидела, потому что ее ларец даже не вынесли из повозки. А потом дорога пошла все прямо и прямо, и они таки въехали на земли соседнего царства.
Новая жизнь началась.
В тот день в жизни Дия Верховного тоже произошли кое-какие события.
Накануне он испытал шок.
Все было слишком просто для понимания и потому не укладывалось в голове. Многие подозревали, что у Дия Верховного вместо сердца камень. В общем-то, оно так и было. Но в иные моменты этот камень становился живым и горячим, и тогда у него жгло в груди.
Он ведь никогда не думал, что может вот так, остаться совсем один. Кощей всегда был рядом, даже если они ссорились с пух и прах и годами не видели друг друга. Но он всегда знал, что есть старший брат. А теперь…
Немыслимо было потерять брата.
От границ болотного княжества он примчался в свой дом куда быстрее, чем ехал туда, чтобы увидеться с Кантемирой. Ветром летел. Потому что ему нужно было обдумать. Не так-то просто было решиться сунуться с прошением. Ему-то! Верховному! Привыкшему, что все исполняется по щелчку пальцев.
Обдумать надо было.
Явился он ночью. Но спать не ложился, а заперся в кабинете.
О внезапном приезде супруга среди ночи доложили Йере. Царица не ждала его так скоро и, честно говоря, обмирала от ужаса, что Верховный сейчас явится к ней и потребует предъявить то проклятое ожерелье. Естественно, царица его не нашла.