Только что был знатный сыр-бор, а сейчас над болотом стояла звенящая тишина.
– Я же говорила, все будет хорошо, – хихикнула Марья, вылезая из-за спины Ивана.
Он смотрел на нее, и почему-то тянуло смеяться. И чем дальше смотрел, тем красивее она ему казалась.
– Ну вот, Вань, веди меня в дом к своему батюшке. Пора тебе трон возвращать.
Честно?
Вот теперь он точно в голос рассмеялся.
А в жизни Кощея и Василисы тоже происходили интересные события.
Кощей ведь от темного отпуск получил. Но ему в Навь на работу надо было являться.
Ну и вот…
Вообще-то, клятву Нави снять нельзя.
Потому что это клятва смертная. Правда, можно видоизменить, чуточку дополнив. Что, в общем-то, темный владыка и сделал. Но теперь Кощею надо было время от времени являться на ту сторону и работать там.
Понятное дело, в связи с семейными обстоятельствами дед Василисы предоставил ему отпуск (попробовал бы он не предоставить, тогда Яга точно отлучила бы его от спальни навечно). Но срок прошел. И в один из вечеров темный наведался в замок Кощея ночью.
Василиса уже спала, мужчины разговаривали в зале.
– Не хочу казаться назойливым, – начал темный, морщась. – Но тебе пора.
– Да. Я знаю, – сухо и безэмоционально ответил Кощей.
Чем ближе к сроку окончания, тем больше он чувствовал идущий от печати холод.
– Побудешь немного и снова сюда вернешься, – темный обвел рукой пространство.
– Угу, – протянул Кощей. – Выпить хочешь?
Темный кивнул. А Кощей молча разлил по кубкам молодое ежевичное вино. Василиса сама давила, перепачкалась тогда, была черная, как…
Как он ей скажет?
Гость отхлебнул глоток и натужно вздохнул.
– Это ненадолго, потом что-нибудь придумаем. Ты…
– Все нормально.
Не выдержал дед ведьмочки, рявкнул в сердцах:
– Ну хочешь, я тебя царем назначу?!
Кощей криво усмехнулся и проговорил:
– А на кой мне это? Вся моя жизнь – вон, спит там, наверху.
– Ладно, пойду я, – темный поставил на стол кубок. – За жену не беспокойся, с ней это время побудет Ракш.
Не нравилось это Кощею, но он кивнул.
– Угу.
Какое-то время висела неловкая пауза, потом гость поднялся.
– Благодарствую за угощение, – произнес на прощание.
И исчез.
А утром Кощею надо было в Навь уходить.
Знала ведь она, что рано или поздно это произойдет. Знала. Но почему же так тяжело было отпустить его даже на миг? Почему так тяжело…?
Ракш пытался растормошить Василису, даже спарринг предлагал. Но ее ничего не могло отвлечь. Тяжело, невыносимо было без НЕГО, немыслимо!
Наконец, когда полдень только-только миновал, а она уже извелась, Василиса сказала решительно: