— Васенька, голубчик, — ласково сказал я, кивнув на экипировку Ареса, — обладателя этих вот доспехов, еллинского бога войны Ареса, я побил голыми руками, когда тот был при копье, мече, полной экипировке и магически накачанных мускулах, потом свернул ему шею как куренку. Сейчас я стал еще сильнее, и сделаю тебя в одно, максимум в два касания. Если ты полный идиот, то тебе не поможет никакая сила, запомни это на будущее…
— Не будет у меня никакого будущего, — угрюмо сказал Василий, — ты же рази забыл, что я вор и самозванец. Поболтаешь тут со мной немного ради интереса, а потом на плаху или на кол…
— Ну, — усмехнулся я, — есть у меня для тебя одно предложение, от которого ты не сможешь отказаться. Согласишься — и тогда все будет так, как мы тебе обещали в самом начале. Отпустим мы тебя — и пойдешь ты на все четыре стороны; да только, сколько бы ты оттуда ни шел, никогда не сумеешь вернуться на Русь… Но зато обещанная тебе встреча в аду окажется отложенной на неопределенное время, и твои персональные черти некоторое время поскучают без работы.
Кулаки Василия разжались, а голова приподнялась.
— Звучит завлекательно, — хрипло произнес он, — только у меня два вопроса. Что я должен сделать, чтобы ты меня отпустил, и где именно ты намерен меня отпустить?
— Для того, чтобы не быть казненным смертию, — ответил я, — ты должен в присутствии патриарха и всего честного московского люда добровольно выйти и принести народу свои вины, начиная с того, что ты никакой не царевич Дмитрий Иванович, а просто Васька Романов, вор и самозванец, и заканчивая крещением в католичество и обещанием верно служить польскому королю и делу уничтожения на Руси православной церкви. Это нужно, чтобы ни один чудак после тебя не мог бы прийти и сказать, что он — чудесным образом спасшийся царевич Дмитрий Иванович; или Русь утопнет в Лжедмитриях. После того как ты это сделаешь, я тебя сразу отпущу, но не на Руси и даже не в Европе, а на одном из необитаемых островов в краю теплых морей, где, как в райских садах, всегда стоит вечное лето. А чтобы тебе не было скучно, с собой мы дадим твою «мамочку» — бывшую царицу Марью Нагую, предварительно вернув ей молодость за то, что она повинится и расскажет как на духу все, что знает о кончине своего сына Дмитрия. Все одно здесь ей не место, а так составит тебе компанию. Или, хочешь, скрадем для тебя Маринку Мнишек? Она, конечно, та еще стерва, но думаю, что там, на острове, ты из нее дурь-то повыбьешь…
— А Ксения Годунова? — хмуро спросил бывший Лжедмитрий. — Может, ты ее тоже присоединишь в мою компанию? Как-никак она дочка величайшего злодея, убивца моих братьев.