Мирон наклоняется к ней, что-то говорит. Она смеется.
Я не могу отвести от них взгляд, хотя они идут прямо мимо нас.
Я жду. До последнего жду, что он поднимет глаза… Что заметит меня, что ему станет
стыдно! Что хотя бы замедлит шаг!
Но он проходит мимо и даже не смотрит в мою сторону.
Как будто меня не существует.
Как будто этих лет между нами не было.
Как будто я – пустое место.
Я чувствую, как Лера рядом замирает.
– Ева… – шепчет она.
Я не слышу, какими вопросами она меня закидывает, и не двигаюсь. Во мне будто что-то
заклинило. Если я сейчас уйду, это будет выглядеть как бегство. А я не хочу бежать.
Не сегодня.
Я остаюсь стоять посреди зала, с прямой спиной и разбитым сердцем.
Да, я ловлю на себе взгляды – осторожные, сочувствующие, любопытные. Люди быстро все
понимают. Кто-то знает нас лично, кто-то – по бизнесу. Мы с Мироном владели сетью
домостроительных решений, нас часто упоминали как «красивую пару». Теперь эта
картинка рушится прямо здесь, на глазах у всех.
Я замечаю, как та женщина смеется, запрокинув голову. Как Мирон склоняется к ней,
почти интимно, прикрывая ее от чужих взглядов. Он делает это так сладко… аж до
тошноты.
– Ты как? – шепчет Лера.
– Нормально, – автоматически отвечаю я.
Я смотрю Мирону вслед. Смотрю и не могу поверить. Потому что это слишком. Потому что
так не поступают!..
И все это видели…
Теперь это не только моя боль, это стало публичным фактом, и это… унизительно…
И в этот момент Мирон оборачивается.
Наши взгляды встречаются.
Всего на секунду, а затем кладет руку за ее спину и целует ее.
На улице холодно. Воздух режет легкие, и я дышу жадно, будто только сейчас вспоминаю,
как это делается.
Мы с Лерой уходим вместе.
Она даже не спрашивает, хочу ли я остаться здесь еще хоть на минуту. Просто берет
меня под руку, уверенно, почти жестко, и ведет к выходу, будто чувствует: если она
отпустит – я рассыплюсь прямо здесь.
– Прости, что вытащила тебя сюда, – говорит Лера. – На этот вечер…
– Ты не виновата, – отвечаю я. – Мне нужно было это увидеть.
– Зачем?
Я смотрю на вход, за которым остался свет, музыка и человек, который еще недавно был
моей жизнью.
– Чтобы перестать ждать Мирона, – говорю я. – И перестать сомневаться. Теперь я знаю,
что он точно не вернется. И что он точно не заслуживает меня.
Такси подъезжает быстро. Мы с Лерой садимся, я называю адрес и только когда машина
трогается, позволяю себе положить руку на живот.
В такси мы с Лерой молчим.