Она спасла мою шкуру и теперь пыталась понять, зачем ей понадобилось это делать.
— Не волнуйся, — усмехнулся я. — Академия не станет распространяться о твоём признании. Такую информацию они предпочитают держать при себе.
— Кто ты? — мрачно спросила Мания.
Если раньше она смотрела на меня с пренебрежением, то теперь в глазах у неё появилась опаска.
— Я не из ваших, если тебя это волнует. Можешь считать меня… Хм… независимым покровителем вашей организации, — ответил я нарочито театрально.
— Зачем тебе это? Ты имперец, — с подозрением спросила Мания.
— Тебе знакома история моей семьи?
Мания лишь сильнее нахмурилась.
— Мой прадед был вассалом Гавранки, когда она ещё была «Великим княжеством». Во время войны с Гальварией он, однако, переметнулся на сторону Империи и принёс вассальную клятву тогдашнему императору. Он ударил в спину своего сюзерена во время важнейшей битвы и получил за это обширные северные земли и титул Северного герцога.
Некоторые называют его предателем. Не вслух, разумеется, иначе им вырвут языки. Но мне это кажется смешным. Мой прадед всегда был верен своему роду, своей семье — и самому себе. Все прочие клятвы — просто слова на бумаге. Только Кровь имеет настоящий вес.
Я наигранно вздохнул, припоминая заранее подготовленную речь.
— Твоя организация стремится развязать новую войну, так? Она ослабит Империю, ослабит центральное правительство и Верховного канцлера. А значит, я и другие дворяне сможем вздохнуть спокойнее. Ходят слухи, будто канцлер Пе’ригон собирается отменить крепостное право. Он не посмеет этого сделать — так сильно раскачивать лодку, если начнётся война. Особенно если к ней приведёт его главное достижение — столь ненавистный вам Таврелианский договор.
‘+3 балла!
Текущие баллы: 26′
Мания с отвращением поморщилась, однако недоверие в её взгляде немного поубавилось.
— Как ты узнал про нас? — спросила она.
— У меня свои связи и шпионы. Ты не очень умная, если думаешь, что я просто так тебе о них расскажу.
— Мне нужно сообщить об этом… — после непродолжительной паузы выдавила Мания.
— Сообщай. И заодно напомни своему начальству, что мне достаточно просто пожелать, чтобы вот так, — я щёлкнул пальцами, — разрушить ваши планы. На случай своей смерти я тоже принял определённые меры, так что даже не думай пытаться от меня избавиться.
Мания фыркнула, но кивнула. Повернулась и собиралась уйти, но в последний момент я позвал её:
— Стой.
— Чего тебе?
— Кому именно ты рассказала о том, что я собираюсь отравить Адель?
Сперва я предложил Мании отравить Адель, а вскоре ту действительно отравили. При этом ни я, ни Мания не имели отношения к этому покушению. Слишком странное стечение обстоятельств, чтобы списать его на простое совпадение.