Теперь я ел медленно — не глотал кусками, а чувствовал вкус — кислинку помидоров, горечь баклажана, пряность базилика. Чувствовал текстуру хлеба. Чувствовал тепло, которое расходилось по желудку. Это не было тренировкой ради процентов, а просто… жизнью. Вкусом жизни, который я учился различать заново.
Тарелка опустела. Вытер её куском хлеба, доел последний кусочек и встал. Помыл посуду в лохани, вытер насухо, поставил на полку. Во всём должен быть порядок.
Завтра будет новый день.
Мысленно перебрал список дел. Марко ждёт свои крючки — десяток, на тунца. Нужно сделать их прочными, но гибкими, чтобы не ломались о кость. Доменико просил скобы для лодки — старые расшатались. И если останется время — доточить тот разделочный нож для Марины, который я начал вчера — сталь там капризная, требует внимания.
Обычный день.
Я задул лампу и лёг на лежанку. Простыня была прохладной, пахла лавандой — Нора научила перекладывать бельё сухими пучками, чтобы не заводилась моль.
Окно открыто. Снаружи, из темноты, доносился шум прибоя. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Океан дышал вместе со мной. Глаза закрылись сами собой. Мысли о процентах, о барьерах, о прошлом и будущем растворились в этом звуке. Провалился в сон мгновенно, без сновидений, как человек, который честно отработал смену и никому ничего не должен.
Солнечный луч ударил в глаза ровно в тот момент, когда открыл их. Никакого будильника — за пять лет тело настроилось на ритм солнца точнее любого механизма.
Я сел на лежанке, спустил ноги на прохладный каменный пол. Свернул простыню аккуратным валиком.
Завтрак занял три минуты. Ломоть вчерашнего хлеба, кусок твёрдого козьего сыра, кружка воды, в которую с вечера бросил веточку мяты и тимьяна. Нора говорила, это «разгоняет кровь». Не знаю, как насчёт крови, но вкус у воды становился свежим.
Вышел во двор. Утренняя прохлада ещё держалась в тени дома, но воздух уже обещал жаркий день. Первая помывка — зачерпнул ковшом воду из амфоры и вылил на голову. Холодная влага стекла по спине, заставляя мышцы сократиться. Встряхнулся, сгоняя капли.
Теперь — практика. Встал в центр двора, ноги на ширине плеч. Глубокий вдох.
«Путь Тлеющего Угля».
Я не разгонял Ци до предела, не пытался вызвать внешнее пламя. Это была утренняя разминка — прогонка энергии по малым кругам, чтобы разбудить каналы.
Шаг вперёд, плавный удар кулаком. Разворот. Блок. Удар локтем.
Движения медленные и тягучие, словно двигался в воде, но с каждым выдохом чувствовал, как внутри разгорается тепло. Пот выступил на лбу и скатился по позвоночнику.