Север Илдора не отличался живописностью и буйством красок. Холодные скудные пейзажи встречали любого, кто осмеливался посетить город бывших каторжников и беглецов с южных земель, а также заклинателей теней, что облюбовали Лиррос, когда в нём поселился брат короля, Кайлас — жестокий генерал, прославившийся на все близлежащие земли своей жестокостью.
Эйлин безмятежно разглядывала сырость и мрак любимого города, не заметив, как улыбка изогнула её губы. Она почувствовала на себе взгляд и недовольно повернулась к Кеннету. Он смотрел на неё прямо, не моргая.
— Что? — не выдержала она столь пристального внимания.
— Это всё? — невозмутимо протянул он.
— В каком смысле?
Кеннет откинулся на спинку сиденья и подпёр висок указательным пальцем.
— Никаких истерик, борьбы за свободу? Вы как-то слишком быстро сдались, госпожа. Я даже на мгновение подумал, что симпатичен вам в качестве будущего супруга.
«Издевается? — закипала Эйлин. — Так и знала, что он ждал моей ярости и поспешных действий. Что ж, не буду я плясать под его дудку».
Она слащаво улыбнулась и медленно закинула ногу на ногу.
— А что не так? Когда мы виделись в последний раз, я была капризным ребенком, а теперь на моих плечах судьба семьи. Мне без разницы, от кого получить деньги на восстановление опороченного имени Благур, — Эйлин поддалась вперед и с подозрением оглядела жениха. — Кстати, откуда ты взял деньги, чтобы «купить» меня? Украл?
— Заработал, — флегматично пожал плечами Кеннет. — В Эндосе щедро платят за труды. Отец помог мне устроиться к известному дельцу, тот меня всему научил.
— Без подробностей, — быстро отмахнулась Эйлин. То, что деньги жениха имели под собой законное основание, девушку несколько успокоило: ведь новых проблем с вершителями правопорядка её семья не выдержала бы.
От белизны стен Храма зудели глаза. Эйлин прищурилась и приставила ладонь к бровям, чтобы разглядеть его повнимательнее. Она только издалека видела уродливый остов святилища весь тот год, пока шло строительство после присоединения Лирроса к Эндосу. Гвардейцы никого не подпускали близко, страшась последователей Тёмной Матери, которым пришлось не по вкусу, что на их землях отныне будут властвовать два бога.
Золотистый купол над круглым зданием украшали выбеленные солнцем и солью кости людей, погибших в войнах ради Эндоса. Множество высоких башен окружали Храм, словно острые пики, увенчанные золотистыми шпилями. Несмотря на обилие света, святилище внушало угрозу и демонстрировало воинственность Светоносного Отца, который не гнушался карать своих провинившихся «детей».