Кеннет, который ещё совсем недавно благоухал хорошим настроением, мрачно воззрился на Даннара и с неохотой ответил:
— Не очень. Мои друзья, да те, кто не успел отвернуться от семьи Благур.
— Отец твой будет? — Даннар не обращал внимания на переменившееся настроение Кеннета и продолжал разглядывать Эйлин.
— Обещался.
— А Кайлас?
«Кайлас? — девушка чуть не поперхнулась слюной, но вовремя успела натянуть на лицо безразличную маску. — Заклинатель теней, генерал-предатель и убийца?»
Кеннет кивнул, на скулах его играли желваки, а ладонь, что до сих пор покоилась на спине Эйлин, спустилась на её талию.
— Да, приедет вместе с женой.
Даннар хлопнул в ладоши и восхищённо присвистнул.
— Ох, так у вас на свадьбе сама принцесса Эндоса будет. Тогда точно не пропущу.
«Кеннет знает Кайласа? Откуда? — стремительно размышляла девушка, припоминая все грязные делишки генерала, о которых слышала от отца. — Значит, он и сам душой нечист. Лучше всего о людях рассказывают их друзья. А если Кеннет решит нанять его, чтобы меня убить прямо на свадьбе? Нет, это было бы слишком скучно».
— Как вам здесь? — вывел её из раздумий вопрос Даннара. Мужчина склонился над ней, а Кеннет вдруг притянул девушку к себе ближе.
«Да что с ним такое?» — Эйлин бросила на жениха убийственный взгляд, а затем одарила странника улыбкой.
— Мило. Но, как по мне, многовато света.
Луттор с осуждением покосился на неё, а Даннар рассмеялся, отчего прихожане недовольно уставились на возмутителя спокойствия.
— Вы подумали над моей просьбой? — Кеннет оборвал смех друга, обратившись к Луттору. — Это возможно?
Старик почесал гладковыбритый подбородок и поправил тяжёлую подвеску в виде солнца на груди.
Эйлин еле дождалась, когда Кеннет уладит все формальности в Храме, помолится статуе Отца и попрощается с Даннаром. Она почти влетела в карету и нервничала всю дорогу до «Костяного холма», обдумывая последнее послание и свои дальнейшие действия. Все попытки жениха завязать разговор девушка топила в своём хмуром молчании и враждебности, так что мужчина скоро сдался и угрюмо попрощался с ней, оставив невесту у ворот поместья.
Решительность, гонимая яростью, пробуждалась в теле Эйлин. Если она не выплеснет её в дело, то точно сгорит.
Девушка ворвалась в особняк, где её тут же, в прихожей, остановил перепуганный таким внезапным появлением хозяйки дворецкий.
— Госпожа, — он огляделся по сторонам и протянул ей сложенный вдвое лист бумаги. — Пришёл новый счёт от городской управы. Надзиратели из Эндоса высчитали конечный ущерб, причинённый господином королевству.