Эйлин наклонилась и приставила к уху ладошку.
— Что ты говоришь? Погромче нельзя?
Мальчик облизнул пересохшие губы и туманным взором посмотрел на юную госпожу. Солнечный свет окружал её золотистым ореолом, опадая росой на её шелковистые тёмные волосы.
— Живот… Болит.
— Так иди к… — начала было Эйлин, но вспомнила, что рабам запрещалось обращаться к лекарям. Если кому из них не посчастливилось заболеть, оставалось лишь уповать на милость богов. — И что? Раз болит, значит, надо отлынивать от работы?
Кеннет протянул дрожащую ладонь и пальцами ухватился за кромку подола её платья. Грязевые разводы расползлись по кремовой ткани.
— Госпожа… — прохрипел он. — Помогите.
Скривившись, Эйлин выдернула платье из руки мальчишки и брезгливо отряхнула его.
— Ещё чего! Стану я своё время на раба тратить.
Она резко развернулась и, громко топая, направилась к особняку, ни разу не обернувшись.
— Госпожа…
Тонкая рука Кеннета тянулась к стройному силуэту девочки, исчезающему за дверью.
***
Эйлин сидела на кровати, прижав колени к груди, и смотрела, как лунный свет прочерчивает серебристую дорожку на полу. Она не стала никому говорить ни о записках, ни о загадочном слуге без языка.
«Отца приступ снова схватит, мать спать не будет, а Агнета… Зачем пугать её по пустякам? Сама разберусь».
Она битый час ломала голову над тем, что стояло за присланными записками, и кто мог решиться на подобную глупость.
«„К“ — это может быть Кеннет, — она прикусила тонкую кожу у ногтя большого пальца. — До его приезда никаких посланий мне никто не писал. Да и он ходил в сад с конюхом, прежде чем вошёл в дом. Но если это Кеннет, то откуда он узнал о моём прозвище? Я начала скрываться под маской Лиса, когда его выкупили. Никто в особняке не знал о том, чем я занимаюсь. Значит, это кто-то другой. Кто-то из Склизкого рынка? Кто-то вычислил моё настоящее имя?»
Она постучала кулаком по лбу, но умные мысли не приходили.
«Пока не буду поддаваться панике. Кто бы это ни был, он желает мне зла. Если сделаю неверный шаг, может пострадать Агнета. Подожду ещё посланий, а там думать буду. Раз этот неизвестный желает, чтобы я была послушной, я притворюсь такой».
Эйлин отняла руку от лица и кровожадно хмыкнула.
«Узнаю, кто за всем стоит, и уничтожу его. Будет знать, как со мной связываться».
В дверь спальни тихо постучали. Эйлин не понадобилось открывать дверь, чтобы узнать, кто пришёл. Она вскочила с кровати и с ласковой улыбкой впустила сестру внутрь.
Агнета в хлопковой ночнушке с длинными рукавами и высоким воротом кротко присела на краешек кровати. Тёмные волосы девушки идеально ровными прядями спускались до её тонкой талии. Эйлин всегда завидовала сестре, которой не приходилось мучиться каждое утро, как ей, с ненавистными волнами.