Меня тоже допустили до ассистирования Галине Петровне при этих операциях, но только после того, как я согласился надеть на себя такие же белые одежды, как и на артанских врачах, а лицо закрыть марлевой маской, чтобы даже пары моего дыхания не попадали в открытую рану. До самостоятельных операций доктор Максимова допускать меня отказывалась, и не в силу моего недостаточного мастерства, а из-за того, что я в значительной степени действовал бы по наитию, исходя из своего большого врачебного опыта, а Галина Петровна ВИДЕЛА, где необходимо вмешательство ее скальпеля. «Глаз-рентген» — с гордостью сказала по этому поводу госпожа Лилия, подняв вверх большой палец. Возможно, и у меня после проверки и инициации магом жизни появится такой талант, и тогда я буду ЗНАТЬ, что необходимо сделать, а не просто догадываться.
Кстати, вторым ассистентом у Галины Петровны была совсем молоденькая и очень старательная девушка со старинным именем Евпраксия. И, несмотря на то, что из-под маски и шапочки были видны только большие черные глаза, она производила потрясающее впечатление на раненых, особенно на молоденьких офицеров. Один уланский корнет с раздробленной ядром ногой даже пытался назначить ей свидание, но так как делал он это по-французски, девушка его не поняла. Бедняга думал, что его игнорируют, пока Лилия не сообщила бедняге, что девушка вовсе не девушка, а молодая вдова в трауре, у которой враги совсем недавно зверски убили любимого мужа. И вообще она из тех времен, когда и во Франции на французском языке размовляют только пастухи и свинарки, а знать и священство общаются исключительно на высокой латыни. Так что извольте обращаться к ней на языках Вергилия и Гомера… или же по-простому, на добром русском языке, который у вас, дескать, никто не отнимал. Выслушав эту тираду, бедняга прикусил губу. Навязываться вдове, которая еще не успела оплакать павшего на войне мужа — фи, какой моветон…
Даже у меня частенько раненые прямо с операционного стола отправлялись на кладбище, но Галина Петровна не потеряла ни одного, даже самого тяжелого пациента. При этом в случаях, когда человек уже стоял на грани смерти, главный хирург артанского княжества применяла и медицинские препараты, большая часть которых вводилась при помощи прозрачных стеклянных шприцов — вроде тех, что совсем недавно изобрел французский доктор Правас. Мол, живая вода хороша, когда спешить особенно некуда — тогда в сочетании с управляющими воздействиями опытного мага жизни она действительно творит чудеса, помогая организму восстановиться естественным путем. А вот если страдальца необходимо вырывать из когтистых лап у Костлявой, потому что у него обнаружился Антонов Огонь или еще какой несовместимый с жизнью диагноз — вот тут в дело идут лекарства, по чудодейственности способные поспорить с самой сильной магией.