— Да, — кивнул я, — это так. Несмотря на свою внешность маленькой девочки, Лилия действительно очень хороший врач и способна вылечить от любой болезни, даже от старости. Это ее услуги я предлагал Великой Княгине Елене Павловне…
— Понятно, госпожа Лилия, — кивнул граф и тут же, нервно сглотнув, спросил, — а… сколько времени займет сие лечение?
— Примерно месяц полной отрешенности, медитаций и молитв, — ответила Лилия и вздохнула, — быстрее нельзя. Тот, кто спешит в этом деле, раньше времени попадает в объятия Аида, несмотря на свежеобретенную молодость. К сожалению, таковы правила, и придумала их совсем не я…
— Очень жаль, — ответил граф, — что у меня сейчас нет возможности отвлечься на целый месяц, так как мне необходимо выполнить несколько важных поручений моего государя.
— Ветерок (ерунда), — ответила Лилия, — просто стойте ровно и не дергайтесь.
После этого она, подойдя вплотную к Алексею Федоровичу, привстала на цыпочки и коснулась указательным пальцем середины его лба. Раздался звук «Динь-нь-нь», вокруг графа закружили золотые и фиолетовые искры, запахло фиалками.
— Вот и все, — сказала Лиля, — а вы боялись. Теперь вас хватит на поручение любой сложности и после него еще останется солидный запас сил…
Граф вдруг повел плечами, громко хрустнул костяшками пальцев и с удивлением сказал:
— И вправду, будто тридцать лет с плеч сбросил. Благодарствую тебе, госпожа Лилия.
— И Вам, Алексей Федорович, тоже спасибо на добром слове, — отдарилась книксеном Лилия, — Только Вы не забывайте, что все это временно, и как только вы закончите с вашими делами, вы должны будете немедленно прибыть ко мне для сеанса настоящего лечения. И не увиливайте. Вы нужны своей стране и своему государю молодым, бодрым и полным сил. А сейчас прощайте…
Хлоп! — и никакой Лилии в моих апартаментах уже нет. Отправилась по другим своим делам.
— Ну что же, Алексей Федорович — сказал я, — теперь вы убедились, что я — это я, и что мне подчиняются силы, достаточные для того, чтобы решить поставленную передо мной задачу?
— Да уж, — ответил граф Орлов, потирая лоб, — убедился. Чуть богу душу не отдал…
— Господь, — сказал я, — ясно дал нам понять, что пока не желает видеть вас пред своим престолом. Лет так, может быть, через пятьдесят, или через сто — пожалуйста; а сейчас нет. Поэтому завтра мы с вами посетим еще некоторые места, а сейчас давайте сядем в кресла, устроимся поудобнее, и я расскажу вам свою историю, всю без остатка. Дело это длинное, впрочем, времени у нас тоже вполне достаточно. Итак, слушайте…
Пятьсот восемьдесят седьмой день в мире Содома. Полдень. Заброшенный город в Высоком Лесу, подвалы Башни Мудрости.