– Надо обработать рану, – говорю я дрожащим голосом и так сильно боюсь за своего дракона, что наворачиваются слезы. – Но я не пойму как.
Дракон прижимает меня к себе здоровой рукой и ободряюще смотрит в глаза.
– Ну что ты смотришь и молчишь? – чувствую, как подступает истерика. – Ты дух, но я ощущаю твое тело, касания, тепло, и волк смог добраться до твоей плоти. Вот только кровь, она капает и исчезает, как мне тебе помочь, чем можно лечить души?
Дракон силится улыбнуться, а потом обхватывает мое лицо ладонями и прижимается губами к моим губам.
Он целует меня так, словно ждал этого момента всю свою жизнь: горячо, жадно, надрывно, сильнее вдавливает мое хрупкое тело в себя, а я сбрасываю все оковы, всякое приличие и отвечаю со страстным порывом, словно так давно люблю его, но вместе мы смогли быть только сейчас.
Ноги слабеют, по телу растекается сладкая истома, а дракон кладет на мой затылок руку и продолжает целовать, пить меня, впитывать каждый мой вдох, каждый удар сердца.
Лишь на мгновение он отрывается от моих губ и смотрит нежно, проникновенно, а у меня сердце колотится, как бешеное и перед глазами все плывет.
И дракон плывет, а потом мягко растворяется в воздухе.
Он исчезает, уходит, а на меня мгновенно обрушивается одиночество, прохлада вечера пробирается под кожу и накрывает удушающая тоска.
Смотрю на запястье и вижу, как сильно истощал дракон на метке, как устало и болезненно он выглядит.
Беспокойство охватывает с новой силой, но помочь я ничем не могу. Он ушел, чтобы набраться сил, чтобы залечить свою рану и вернуться ко мне.
Он же вернется? Вернется же?
– Ария, Ария, ну не стой там, иди в избу. Я так перепугалась! – пищит Шанечка из окна, а я вздрагиваю, совсем позабыв, кто я и где.
– Иду, Шань, – говорю совсем тихо, глотая непрошеные слезы.
Прохожу мимо фильтра и бочки с водой, вижу, что кувшин заменен на пустой. В доме натоплено, на догорающей печи стоит казан с горячей водой, рядом на столе глиняный бидон с чистой питьевой, и, конечно же, вовсю горит лучина.
– Он снова позаботился обо мне, – всхлипываю. – Пока я была в районе, взял на себя работу и облегчил мне вечер.
– Да, мужчина что надо, – подтверждает фамильяр.
– Зверь ранил его, Шаня. Я не могу ему помочь, он дух, но у него разодрано все плечо.
– Ария, дракон справится и без тебя. Давай ужинать и спать.
– А если не справится? Да мне и кусок в горло не полезет.
– Подруга, – слетает ближе ко мне Шаня. – Этот дух – дракон. Сейчас он вернется в тело, обернется в свою звериную, чешуйчатую ипостась и пройдет быструю регенерацию. Завтра, не успеешь глаза открыть, как он снова будет шуметь во дворе и не давать спать.