Гарсия склонился над картой, изучая отметки.
— Десять процентов? — переспросил он. — Маловато.
— Это только начало. Плюс — право свободной торговли для мексиканских купцов в Русской Гавани. Без пошлин, без ограничений. Ваши люди смогут покупать наше железо, лес, пушнину по тем же ценам, что и мы сами.
— А оружие?
— Оружие — отдельный разговор. — Я выдержал паузу. — Мы можем продавать вам ружья и порох. По фиксированным ценам, но только с разрешения императора.
Гарсия откинулся на спинку стула, прищурился.
— Вы много обещаете, господин Рыбин. А что взамен получаете вы?
— Южную границу. Спокойный тыл. Легальный статус. Мне как-то надоело проливать кровь и второй раз отбивать город от бандитов, которые грозят порезать людей. — Я посмотрел на Виссенто. — И союзника, который не будет воевать с нами из-за слухов и интриг.
Виссенто кивнул.
— Полковник, я подтверждаю: городской совет согласен на эти условия. Русские спасли нас от Мартинеса. Мы не хотим новой войны.
— Вы не хотите, — усмехнулся Гарсия. — А ваши землевладельцы? Альварес, Родригес? Они уже строчат доносы в Мехико.
— Альварес и Родригес будут сидеть тихо, — отрезал Виссенто. — Или сядут в подвал рядом с Мартинесом. Выбирать им.
Гарсия посмотрел на него долгим взглядом, потом перевёл глаза на меня.
— У вас хороший союзник, господин Рыбин. Жаль, что он мексиканец.
— Он человек дела. Это важнее.
Полковник встал, прошёлся вдоль стола. Солдаты за его спиной замерли, ожидая решения.
— Допустим, я согласен, — сказал он, остановившись. — Допустим, я подпишу этот договор. Но что скажет Мехико? Меня могут объявить предателем.
— В Мехико сейчас бардак, — ответил я. — Ваш президент и его совет заняты тем, чтобы удержаться у власти. Им не до Калифорнии. А когда уляжется — вы предъявите им договор, по которому Мексика получает и золото, и торговлю, и признание границ. Это победа, полковник. А побеждённых не судят.
Гарсия усмехнулся. Впервые за весь разговор — не жёстко, а почти тепло.
— Вы могли бы быть дипломатом, господин Рыбин. Или торгашом.
— Я был купцом там, в России. Вот только нашим торговцам часто приходится брать в руки оружие.
Торги длились ещё три часа. Гарсия выбил пятнадцать процентов вместо десяти. Я согласился, но потребовал, чтобы мексиканская сторона официально признала все предыдущие договоры с индейцами, заключённые русскими. Полковник скрепя сердце уступил. Потом спорили о границах концессии — он хотел ограничить её одной долиной, я настаивал на всём бассейне притока. В итоге сошлись на компромиссе: русские получают право разведки и добычи на всей территории к востоку от хребта, но обязаны уведомлять мексиканские власти о каждом новом руднике.