— Что там?
— Запах, — коротко ответил он. — Плохой запах.
Мы двинулись дальше, но теперь медленно, держа руки на оружии. Запах становился сильнее с каждым шагом — сладковатый, тошнотворный, знакомый каждому, кто нюхал порох и кровь.
Запах смерти.
Они лежали за поворотом тропы, в небольшой ложбине, где мы обычно останавливались на привал. Семь человек. Все — американцы из того самого каравана, который мы пропустили к океану. Мужчины, женщины, двое детей.
Все мёртвые.
Я спрыгнул с коня, подошёл ближе. Тела уже начали разлагаться на жаре, лица почернели, глаза выклевали птицы. Но следы пыток были видны даже сквозь смерть. Связанные руки, перерезанные глотки, содранная кожа на головах.
Скальпы.
Сокол выругался, перекрестился. Кто-то из казаков отвернулся, не в силах смотреть. Рогов, бледный как полотно, сжал зубы так, что желваки заходили под кожей.
Я обошёл место побоища, считая, запоминая. Фургоны сожжены, вещи разграблены, оружие исчезло. Трупы лежали кругом — их явно пытали, прежде чем убить. Допрашивали.
Посередине, воткнутое в землю, торчало копьё. Древко было расписано чёрными и красными полосами, а на навершии болталось ожерелье из скальпов. Семь штук — по числу убитых.
— Шошоны, — тихо сказал Токеах, подходя ближе. — Их метка. Воины Чёрного Волка.
— Откуда знаешь?
— Я видел такие в горах. Они оставляют это, когда хотят сказать: земля наша, чужие не ходят.
Я смотрел на копьё, на скальпы, на мёртвые тела. Американцы, которых я пропустил. Которым дал проводников. Которых, по сути, отправил на смерть, потому что не знал, что за хребтом уже ждут.
— Почему они не тронули наших? — спросил Рогов. — Финн с индейцами где?
— Финн ушёл с ними только до побережья, — ответил я. — Он должен был вернуться другой тропой. Может, успел. А может…
Я не договорил. Вариант, что Финн тоже мёртв, висел в воздухе, но никто не решался произнести его вслух.
— Хоронить будем? — спросил Сокол.
— Некогда. — Я оглянулся на своих людей. — Заберём документы, если остались, и всё, что может пригодиться. Тела… оставим. Шошоны должны знать, что мы их видели.
— Зачем? — Рогов нахмурился.
— Затем, что это вызов. Они не просто убили — они оставили знак. Хотят, чтобы мы пришли. — Я посмотрел на горы, на восток, где за перевалами лежала земля Чёрного Волка. — И мы придём. Но не сейчас.
Мы собрали всё, что можно было забрать: несколько уцелевших сумок, обгоревшие бумаги, пару колёс, которые ещё могли пригодиться в кузне. Токеах снял копьё, осмотрел, покачал головой.
— Это предупреждение, — сказал он. — Они говорят: не ходите за хребет. Там наша охота.