Чувствуешь разницу между выкручиванием рук и разработкой против желания высокопоставленного чиновника, и удовлетворением пожелания советского патриота в содействии комитету в изобличении шпионов?
Москва, квартира Ивлевых
Перво‑наперво, когда я домой приехал из кубинского посольства, я набрал ресторан «Гавана» и уточнил у администратора по поводу моей брони: есть ли возможность с двадцати пяти — тридцати человек, что планировались, до сорока пяти увеличить количество гостей?
Я так понял, что бронь Фирдауса как иностранца была очень важна для ресторана «Гавана», потому что разговаривали со мной чрезвычайно вежливо и немедленно подтвердили, что тот зал, который для нас зарезервировали, имеет такую возможность увеличения количества гостей, и они обязательно накроют на сорок пять человек.
Да, перед иностранцами у нас сейчас, конечно, лебезят в полный рост.
Я, чтобы иметь уверенность в том, что всё будет подготовлено как следует и не будет всякого бардака наподобие скатертей с пятнами или выщербленной посуды, тут же сказал, что гости будут серьёзные: генералы, представители горкома, кубинский посол. Так что я рассчитываю на самый высокий уровень обслуживания. И намекнул в том числе на то, что и чаевые тоже будут щедрые.
Сколько же в русском языке существует выражений, по которым опытный человек немедленно поймёт, что при благоприятном исходе мероприятия получит на лапу серьёзную сумму! Ну, правильно. Всё же не зря говорится: «Не подмажешь — не поедешь». Но сформулировано это такими словами, что к делу это в качестве доказательства не пришьёшь.
Взял лист бумаги и набросал список всех гостей, которых дополнительно хочу пригласить. Тут же прикинул очерёдность, в которой надо их обзванивать. Сначала надо заручиться присутствием тех людей, которых я хорошо знаю, и которые меня хорошо тоже знают. Для того чтобы, получив от них подтверждение их прихода, уже ими других серьёзных людей заманивать…
Ну что же, раз уж решил, надо обзванивать людей, — начал с Захарова. Помощник его меня уже знал, так что быстро меня с ним соединил.
— Виктор Павлович, добрый день, — сказал я. И сразу же, чтобы тот не встревожился — мало ли, по какому поводу я звоню. Всё же должность у меня специфическая. Звонок может означать, что на одном из заводов какие‑то серьёзные проблемы. Тут же перешёл к делу:
— Звоню вам по приятному поводу. У меня в воскресенье день рождения будет в ресторане «Гавана». Знаю, что вы человек занятой, но, может быть, хоть на полчасика у вас получится прийти. Если бы у вас получилось, был бы очень рад. Будут достаточно серьёзные люди, в том числе кубинский посол. И мне, конечно, не хотелось бы ударить перед ними в грязь лицом по уровню других приглашённых.