– Спасибо. Моя бабушка так же говорит, – улыбнулась Холли.
– Молодец у тебя бабушка.
– Да, – согласилась Холли. И вдруг похвасталась – очень хотелось кому-нибудь рассказать, как она придумала насчет цветника: – Она мне все время задачки задает. Я, кажется, сейчас, пока спала, одну решила. Целую неделю думала.
– Умница, – одобрила проводница, – вот твоя бабушка обрадуется.
– Ага, – Холли улыбнулась.
И пока шла по перрону к вокзалу, думала: «Как бы заплести в мою клумбу капельку южного ветра? Бабушка-то это умеет и расскажет, конечно, но интереснее самой догадаться… Она действительно обрадуется, если я сама все придумаю».
Холли уже шагнула в толпу, текущую к входу в метро, – ехать домой, к родителям, в новую квартиру, папа в прошлом году на международном конкурсе получил первый приз, и родители смогли купить новую большую квартиру. Холли сунула руку в карман, искать жетончик – и наткнулась на ключи. Вынула их, удивленно посмотрела – и похолодела.
Ключи были старые. Из той, другой жизни. Точнее, из этой, настоящей, куда теперь опять попала Холли, проснувшись.
И на самом деле нет никакой новой квартиры и папа не выигрывал конкурса, потому что мертв уже несколько лет. И бабушка мертва. Ее дом превратился в обгоревшие развалины, сад зарос крапивой и сорняками, абрикосы и розы засохли. А за Холли охотится Зверь, который убил бабушку. Мама привела его домой, и поэтому Холли теперь некуда возвращаться. И Фреки убежал. Фреки, который раньше никогда не оставлял ее…
Она принялась отчаянно проталкиваться через толпу, несущую ее в метро. Не обращая внимания на ругань и тычки. Впрочем, разглядев ее лицо, ругающиеся почему-то замолкали.
Выбравшись, Холли заметила, что плачет.
– Девушка, с вами все в порядке? – участливо спросила какая-то пожилая женщина. – Может, помочь чем?
– Нет, – постаравшись улыбнуться, Холли помотала головой. – Спасибо.
Ей никто сейчас не смог бы помочь.
Разве что вернуть ее обратно, в ту, приснившуюся, счастливую правильную жизнь. Но вряд ли это вообще кому-то было по силам – даже бабушке, если бы она вдруг оказалась жива.
Конечно, в этой жизни, и так-то не особенно хорошей, а теперь и вовсе зашедшей в тупик, Холли именно сейчас была необходима помощь – кров и еда хотя бы на первые несколько дней, мудрый совет или просто дружеское участие, но глупо было думать, что доброта незнакомой женщины простирается так далеко. К тому же у нее самой, наверное, хватало проблем – это было понятно даже по осунувшемуся напряженному лицу, но теперь Холли видела еще и ее Темного, подступившего совсем близко – так, что фигура женщины почти растворялась в серой дымке; и Светлого, который отошел значительно дальше, чем бывало обычно, и казался слишком бледным, почти невидимым.