— Ты сможешь создать ментальную маску? — спросил я. — У нас остались полицейские костюмы. Зема и Сыть, помнишь? Нарядимся в них, будем делать вид, что ищем Гриню и Бунтаря. Так и свалим отсюда!
На лице бунтаря появилась какая-то глубокая мысль. Он напряг лоб, потёр макушку и изрёк с лёгкой, но безумной улыбкой:
— У меня есть идея получше.
Маскарад
Ромуальд, без сомнения, был известным человеком в городе Соликамске. Думаю, его тут знали почти все… Но отношение к обувщику вряд ли было положительным или хотя бы уважительным. Завидев дворянина, люди стремились перейти на другую сторону улицы. Издалека начинали манёвр! Выглядело это забавно и даже жалко, ведь улица-то была узкой, с одной лишь полосой в каждую сторону.
— Иди позади, — настойчиво потребовал Никита, когда я догнал его. — Едва ли дворянин станет водиться с челядью.
Всю эту тираду он произнёс голосом покойника. На мгновение у меня закружилась голова: в памяти по-прежнему стояла сцена жуткого убийства, замаскированного под суицид. А мертвец — вот он, передо мной шёл. Да ещё и требовал, чтобы я двигался на почтительном расстоянии. Впрочем, Никите ещё повезло: он был одет в чистые вещи, красивое пальто, носил шарф и аккуратный берет. Мне же досталась незавидная роль. Даже не знаю, почему я на неё согласился. Спорить было некогда, да и в магазине сама идея показалась мне здравой.
Прикинуться истопником. Одежда алкоголика пропахла дымом, углём, махоркой и спиртом. Первое время меня натурально мутило, но постепенно я привык. Чего уж там, после смрада свалки, через который я прошёл буквально пару месяцев назад! Но густая поросль на лице выводила из себя. Я никогда не носил бороду, тем более — такую окладистую и густую. Сами понимаете, что врачу подобная растительность сильно вредит.
Особенно — будущему хирургу. И теперь я мог сказать со всей ответственностью: борода — это неудобно. У меня всё время было ощущение, что жёсткие волоски лезут в рот. А если принять во внимание, что они — чужие… Правда, рот тоже был чужим. Никите практически не приходилось играть, чтобы сойти за Ромуальда. Он прекрасно копировал его походку, ужимки и высокопарную речь.
Талантливый актёр! Казаться истопником тоже не было трудно. Когда мы отошли от обувной лавки на добрых пятьсот метров, на встречном курсе появилась тройка полицейских. Эти не пытались перейти на другую сторону улицы. Напротив: все втроём шутливо отдали честь «обувщику». На мгновение я застыл, а Никита в образе Ромуальда двинулся вперёд.
Один из стражей порядка тут же схватил истопника (то бишь, меня) за грудки: