Кажется, я выгнулась, не в силах это контролировать, и сокращалась вокруг него до сладкой боли. Мне кажется, что я умерла и воскресла. Поднялась к облакам и мягко спустилась в его объятия.
Мир последовал за мной, а когда отдышался, просто лег рядом, прижал меня к себе и гладил по голове, перебирая кудряшки.
– Мир, – позвала я спустя несколько минут.
– Что?
– Я не буду переводиться, – решила я.
– Почему? – напрягся он.
– Потому что это очень дорого.
– А ты знаешь, сколько у меня денег? – изумился он.
– Нет, но ты не обязан работать сутками, чтобы оплатить мне учебу. Родители много лет копили, а ты…
– И я копил. Точнее, не тратил. Шмотье мне не нужно дорогое, продукты ем самые простые, не курю, пью редко, но метко, – хмыкнул он, – а если надо – заработаю еще.
– Как? – заинтересовалась я.
– Я разберусь, клубничка, – отрезал он, давая понять, что тема закрыта.
– Нет уж, мы вместе будем разбираться, – решила я.
– Вместе так вместе, – согласился он.
– Так как? – я подняла голову, вглядываясь в его лицо.
– Юля…
– Что? Мир, я думала, мы доверяем друг другу.
– Ладно, я тут подрался и выбил себе прибыльное место у церкви. Будем там вдвоем милостыню просить. Ты будешь танцевать, я петь, так и заработаем, – отшутился он.
– Угу. Нам будут платить за то, чтобы ты не пел, – прыснула я, – особенно про веселых медуз.
– Точно. Репертуар уже есть, шмотки ты нам сошьешь, озолотимся. Можем даже начать гастролировать по стране, – подхватил Соколов.
– Это все, конечно, весело, но, Мир… Ты мне в машине сказал, что хочешь быть со мной и заботиться. И я так же хочу. Быть с тобой, знать, о чем ты думаешь, что чувствуешь по-настоящему, о чем волнуешься. Как мои мама с папой. Они всегда все друг о друге знают. Поэтому так много лет живут вместе душа в душу.
– Почему они не позволили тебе поступить на дизайн?
– Потому что слово непонятное. Если бы я пошла просто на курсы кройки и шитья, они бы поняли, а дизайнеры для папы – шарлатаны. Он всегда так говорит, что и без них все сам придумает, не понимает, за что им можно деньги платить. А педагогика, юриспруденция, медицина для него понятные и нужные обществу профессии. Я так и не смогла убедить его в обратном. Хоть папа у меня отличный и меня обожает, в этом вопросе он непрошибаем. И мама тоже.
– Понял.
– Пообещай мне кое-что? – попросила я.
– Говори.
– Обещай, что все проблемы мы будем решать вместе. Я хочу тебя знать, понимаешь? Не просто жить под одной крышей, а вместе. Чтобы ты мне стал парнем и лучшим другом в одном флаконе. А не строил из себя непоколебимую статую с табличкой «сам решу».