– Было бы странно, если бы я хотела тебя как женщину, – хихикнула я, а в следующий миг губы Рена накрыли мои.
Он целовался не так, как когда-то Дэмиен. Не жадно и собственнически, а робко и неуверенно, словно каждую секунду боялся, что я его оттолкну. И нежно, очень-очень нежно. В пустом тёмном дворе, куда выходили слепые стены домов, мы, давно родные, целовались первый раз в жизни. И это было правильно. Заполнялась пустота, образовавшаяся одиннадцать лет назад, вставали на место вывернутые из суставов кости, срастались оборванные жилы, струилась по венам общая кровь. Единое целое. Рен и Дея, Дея и Рен.
– Прости меня, – прошептала я, едва глотнув воздуха.
Рен застонал. Прижал к себе и рвано выдохнул в губы:
– Ты моя жизнь, Дея. Была, есть и будешь.
***
В школьном саду всё заполонили лютики. Я высоко поднимаю подол новенькой шёлковой юбки – запачкаю, потом не отстирается. Кора опять насмешливо вздёрнет бровь и в шутку назовёт меня дикаркой. Учитель отдыхает в своём любимом кресле-качалке, при виде меня он всплёскивает руками:
– Дея, девочка моя! Как ты, милая? Выглядишь прекрасно.
– У меня всё хорошо, – торопливо выпаливаю я. – Перед свадьбой столько хлопот! Платье шьёт королевский портной, и у меня своя горничная, и целый этаж в столичном дворце…
Замолкаю. Я приехала не хвастаться.
– Учитель, ты не знаешь, где Рен? В комнате его нет.
Загорелое морщинистое лицо мрачнеет.
– Дея, я не думаю, что вам стоит встречаться. В сущности, Рен ещё мальчик. Пряхи поздно взрослеют. Он не сможет смириться с твоим выбором.
– Почему?! – сердце сжимается в комок. – Рен – мой лучший друг. Я не ожидала, что мы поссоримся! Мне так плохо без него!
– Ему тоже сейчас очень плохо, Дея, – учитель встаёт. – Пойдём. Он рассердится на меня, но вдруг… Вы всегда были так близки, у ваших отношений должен был быть иной конец.
После яркого солнца библиотека кажется мне мрачной. Учитель на прощание ласково целует меня:
– Будь счастлива, Дея.
Я не отвечаю: вижу Рена. Боги, как он осунулся! На коленях раскрытая книга, но неподвижный взгляд устремлён мимо.
– Рен!
– Зачем ты пришла? – на его лице нет привычной улыбки. – У тебя завтра свадьба. Не трать своё время на плебеев.
– Прекрати, – я с тоской замечаю серые круги под его глазами и спутанные волосы. – Рен, так нельзя! Что происходит? Почему моё замужество перечеркнуло нашу дружбу? Разве мы не можем общаться как прежде?
– Нет, – отрезает он. – Не можем. Ты теперь знатная дама, супруга аристократа. Не пачкай себя неподходящими знакомствами. Уходи.
Хочется плакать. Даже не так – выть!