Прежде чем меня запихнули в темный дом, я напоследок бросил взгляд на площадь. Там, на камнях, так и лежала темная туша зверя. Охотники направлялись к дому старейшины, продолжая спорить. Тарим шёл последним и улыбался. Будто всё уже решено.
Меня грубо зашвырнули за порог. Ноги сразу перестали держать. Я рухнул коленом на глиняный пол, и острая боль прострелила ногу до самого паха. когда хватка на моих руках исчезла, меня тут же повело в сторону. Кое-как получилось опереться ладонью и не упасть. Пол оказался холодным и немного сырым, видимо, здесь недавно убирались, совсем не как у меня.
Сзади хлопнула дверь. Послышались удаляющиеся шаги. Я попытался осмотреться. Жилище Марты сильно отличалось от моего. Сразу в нос ударили запахи сушеной травы, костра и какого-то кисловатого варева. Здесь пахло жизнью, а не сыростью и пустой породой. На стене висели перевязанные ниткой сушеные растения. Рядом смастерили полку, где стояли разные по размеру миски и лежала стопка тряпок. Внутри было чисто, всё аккуратно прибрано. Из окна свет казался каким-то приглушенным и по-домашнему теплым.
Я так и сидел на полу, привалившись плечом к стене. Действие яда понемногу спадало. Хотел было что-то произнести, но пересохшие губы сразу потрескались.
У дальней стены стояла Марта. Она опустила плечи, руки безвольно висели вдоль туловища, а смотрела она куда-то себе под ноги. Лицо всё в слезах, глаза опухли от плача. Она беззвучно шевелила губами, словно читала молитву или разговаривала сама с собой. На лавке по соседству расположилась Айна. Девушка тоже плакала, но как-то иначе. Её лицо раскраснелось, челюсти были плотно сжаты, а кулаки нервно покоились на коленях.
Я смотрел на женщин и ничего не соображал. Ещё недавно, когда я притащил убитого зверя, они тоже ревели. Тогда мне казалось, что это из-за переживаний обо мне. Но сейчас, в этой домашней тишине, до меня дошло, что дело вовсе не во мне. Случилось что-то совсем другое.
Понятно, что Тарим притащил меня сюда не просто так. Мог бы бросить в любом пустом доме или у Золтана. Но он выбрал именно это место. Чего он хотел этим добиться?
Вдруг Айна подорвалась с лавки. Она бросилась ко мне так резко, что я даже не успел дернуться. Её кулак прилетел мне прямо в плечо, как раз в то место, куда вонзилась игла. Боль полоснула так, что в глазах потемнело. От неожиданности я отшатнулся и ударился затылком о стену.
— Какой же ты дурак! — сорвавшись на визг, прокричала она. — Шалх! Просто идиот!
Следующий удар пришелся в грудь. Не особо сильный, девчоночий. Я рефлекторно выставил руки, чтобы защититься, как делал это в драках с Ломом. Но Айна била совсем по-другому. Без всякого смысла, просто размахивала кулаками куда придется: по плечам, по рукам, снова в грудь. Она тяжело дышала, слова перемешивались со слезами и надрывными всхлипами.