— Комплекс работает, — упрямо сказал он. — Мы его уже два квартала как гоняем.
— Он работает, когда его гладят по голове, — возразил Евгений. — А как только вы ему даёте чуть больше входных данных, он начинает считать, что трёхзначных кодов цехов в природе не существует.
Он ткнул пальцем в листинг.
— Вот тут, видите? Вы в массиве оставили длину два, а реальные коды — три. Он у вас срезает одну цифру. В итоге весь завод превращается в один большой «цех 23».
— Не может быть, — сказал Кирилл Савельевич, но взгляд у него стал виноватый.
— Может, — упрямо сказал Евгений. — И если министерство в этом квартале увидит, что у вас материалы по всему заводу проходят через один цех, они начнут задавать вопросы.
Он спокойно убрал бумагу обратно.
— Я могу это поправить. Ночью. В машинном зале. Заодно прогнать наш комплекс моделирования. Машина всё равно будет работать. Вам — исправленные отчёты и спокойная жизнь. Нам — шесть часов честно отработанного времени.
Кирилл Савельевич вздохнул. Видно было, что он мысленно прогоняет сценарий: что страшнее — шесть часов ночного моделирования или звонок из министерства с вопросами про «цех 23».
— Вы мне предлагаете… — начал он.
— Обмен, — подсказал Алексей. — Неофициальный. Но логичный.
— Это называется «рациональное использование вычислительных ресурсов», — добавил Евгений. — Машина будет загружена ровно настолько, насколько вы и так хотите. Просто в свободных промежутках между чтением ленты и записью на диск у неё будет ещё одна полезная операция.
Кирилл Савельевич поднялся, подошёл к графику загрузки на стене, погладил его взглядом. Потом вернулся.
— Нигде вы, Громов, не пропадёте, — сказал он. — На любой машине найдёте себе дырочку.
— Я — как лишняя подпрограмма, — серьёзно сказал Евгений. — Только полезная.
Начальник всё‑таки улыбнулся.
— Ладно, — сказал он. — Официально я вам, конечно, ничего гарантировать не могу.
Он открыл сейф, достал маленькую записную книжку.
— Но могу дать распоряжение операторам: в ночь с семнадцатого на восемнадцатое, и с восемнадцатого на девятнадцатое. С нуля до трёх.
Он поднял палец.
— При условии, что ни одна ваша игрушка не сорвёт плановый «Свод‑76». И что к утру я получу исправленный листинг и проверенный отчёт. Без «цеха 23» на весь завод.
— Согласен, — сказал Евгений так быстро, что было понятно — он уже считал часы своими.
— И ещё, — добавил Кирилл Савельевич. — Ни байта впустую. Никаких ваших «пробных запусков на всякий случай», многостраничных распечаток с «календарями» и прочей ерунды. Все данные, все ленты — по делу.