— У нас нет времени печатать «Привет, СССР», — вмешался Алексей. — Мы сразу печатаем «Свод‑76, отчёт по заводу».
— Вот и отлично, — кивнул начальник. — Тогда идите к Тихоновой, я ей позвоню.
Он снова посмотрел на Евгения.
— И учтите: если ваш моделирующий комплекс окажется тяжелее, чем вы обещаете, я первым пойду с докладной к вашему Седых.
— А если легче? — спросил Евгений.
— Тогда, — неожиданно мягко сказал Кирилл Савельевич, — я подумаю, что, может быть, у вашей табличной машины есть перспектива.
Он помолчал.
— Только думать об этом буду тихо.
В коридоре, пока начальник вычислительного центра звонил вниз, Евгений выглядел довольным котом, который только что договорился с молочницей.
— Видели? — шепнул он Алексею. — Три часа подряд. Две ночи.
Он показал рукой, как будто держал невидимый кирпичик.
— Это вам не резистор МЛТ на рынке сторговать. Это шесть часов ЕС‑1035. Можно на стену вешать.
— Вы уверены, что успеете и их комплекс поправить, и нашу модель прогнать? — уточнил Алексей.
— Если не успеем, — пожал плечами Евгений, — значит, плохо планировали.
Он усмехнулся.
— Вы же сами говорите: последовательность шагов важнее красивой схемы. Вот я и составлю последовательность.
Ночью машинный зал выглядел чуть менее официально. Дневные костюмы разошлись по домам, остались операторы в халатах, дежурный электрик да редкие одиночки, как они.
Семнадцатое-восемнадцатое сентября, час десять ночи. За окнами — темно, в коридоре — только свет под дверью машзала. Внутри — ровный гул вентиляторов и редкий треск реле.
Тихонова встретила их уже без привычной дневной бронзы в голосе, но строгой осталась.
— Вас записали, — сказала она вместо приветствия. — С нуля до трёх.
Она повернулась к Евгению.
— Если хоть одна ваша программа ляжет и затрёт буфер, я вас утром в счётчик не по строкам, а по байтам посчитаю. Понятно?
— Понятно, — серьёзно сказал Евгений. — Ни байта впустую. Только строго выверенная последовательность.
Алексей достал из папки пачку перфокарт.
— Это — модель внутреннего блока, — пояснил он. — Здесь нет ничего, что могло бы залезть в системные области. Обычная пользовательская программа на ассемблере. Посчитаем, сколько тактов тратится на арифметику в нашем варианте, сравним с прежним.
Он поймал себя на том, что говорит так, будто объясняет запуск тестов в CI — только вместо Jenkins у них Тихонова, вместо логов — полосатая бумага.
— Пойдёмте уже, — махнула она. — Пока я добрая.
Они прошли в зал. ЕС‑1035 в полумраке казалась живым существом: зелёные лампочки мигали, ленточные накопители лениво проворачивали катушки, на пульте оператора горел квадратик часов.