Две огромные ручищи опустились на перила по обе стороны от моих, заключив меня в жаркое кольцо. Между нами оставалось не более пары сантиметров свободного пространства, да и там искрило так, что можно было лампочку зажигать. От аромата парфюма кружилась голова.
Я сглотнула.
Колени дрожали не то от страха, не то от предвкушения.
Дракон наклонил голову и шумно втянул носом воздух, едва не касаясь моего оголенного плеча.
Зажмурившись и стиснув зубы, я собрала все силы и развернулась к нему лицом. Я открыто смотрела в его глаза, в которых на мгновение промелькнуло удивление.
Чешуйчатый деспот уже думал, что я в его власти.
– Что же я успела натворить? – спросила я, запрокидывая голову, чтобы лучше видеть его лицо.
Дариен ухмыльнулся.
– Дерзкая девчонка, – с восхищением прошептал он.
А затем в глазах его полыхнули недобрые искры.
– Ты влезла в мои отношения с будущим наследником, – сказала он голосом, который в один миг стал жестким и холодным, будто его льды сковали.
– Кажется, перед этим Ваше Императорское Величество каким-то образом влезли в отношения матери и ее ребенка! – парировала я.
Дариен шумно выдохнул.
– Мне нужен наследник. Я выделил его и возвысил. Пока у меня не будет своих детей, Рикар будет моим законным преемником, у него будет все самое лучшее…
– Только он будет лишен самого главного — материнского тепла? – с вызовом спросила я. – Обезумевшая мать не может прижать к груди свое дитя, потому что его выделил и возвысил Император, и теперь с ним возятся лучшие няньки. А что будет, если у вас появятся свои дети? Мальчик будет всеми брошен и покинут?
Дариен смотрел на меня удивленным и непонимающим взглядом.
– Его отец дал согласие, – наконец, произнес он. – А женщина…
– Еще нарожает?! Ведь поэтому драконы так радуются, когда получают в истинные человечку?! – воскликнула я и в порыве какого-то негодования ударила дракона в грудь.
Дариен отпрянул на мгновение, но потом придвинулся еще ближе и буквально навис надо мной.
Я чувствовала, как колотится его сердце.
– Драконицы слишком свободолюбивы и не родят больше, чем одного ребенка, так? – спросила я. – А человечки плодовиты, как крольчихи. Почему бы не позаимствовать одного ребенка у друга?
Дариен мотнул головой.
– Подозреваю, что драконица не отдала бы свое дитя. Билась бы до последней капли крови и испепелила любого, кто посмел бы отобрать у нее ребенка. Так почему же вы, драконы, считаете, что с человечками так можно?
Император смотрел на меня молча. Он будто впитывал каждое слово. Внутри него бушевал ураган, и мне оставалось только ждать, чем он для меня обернется.