Если честно, то мне оно и не надо! Я бы купил ещё одну, свою, взамен той, что утратил. Да и жили бы с Лидочкой дальше. Только вот с Лидочкой что-то не то. И вот что я думаю… Чего она так переживает смерть Егорыча? Чего горюет так сильно? А что, если Лида любила его? Ну, взаправду? Что, если Лидка с ним не ради денег спала, а за любовь. А со мной — ради денег! Вот этого я и боюсь. И не верю! Но всё же боюсь. Потому и молчу. Никому, даже Гришке, не задаю этот животрепещущий вопрос. Вдруг и он подтвердит мою догадку.
Я жду, пока Лида спустится вниз. Теперь я всегда караулю её в своём джипе, на улице. И многие в курсе — мы пара! И я не стыжусь. Я почти разведён. Чего уж стыдиться? Что есть, то есть.
Помню, как Коля Динамо, увидев меня в первый раз, с утра высаживающим Лидочку у предприятия, слегка офигел. В тот же день отследил в коридоре…
— Дорофеев, ты что? — покривился.
— А что? — я не понял.
Товарищ оторопело смотрел на меня:
— Ну… ты её… после Егорыча?
Я ошалел от такого!
— И что?
— Ну, как бы…, — посетовал он с глупой миной, — Примета плохая!
— Чего? Думаешь, тоже инфаркт шибанёт? — усмехнулся.
Колян отмахнулся.
«Мужики, блин», — подумал, — «А ведёте себя хуже баб!». Суеверия! Правда, есть в этом плюс. Теперь Лиду все сторонятся. А раньше вились вокруг, словно пчёлы. А теперь облетают за версту. Ну, оно и к лучшему! Мне больше достанется.
Лида, как и всегда, безупречная, выходит, стуча каблучками. Она ещё ходит вся в чёрном. Ну, точно, как будто вдова! Хотя, я как-то раз сделал ей комплимент. Я думаю, просто её зацепило…
— Лидунь! — я целую её в чуть прохладную щёку.
Лида слегка улыбается. Раньше улыбка всегда мельтешила на Лидкином личике. Чуть что, сразу томные глазки и ротик слегка приоткрыт… А сейчас! Эта бледность, холодная маска, и взгляд вечно чем-то задумчивый, занятый чем-то. И по виду, не мной.
— Как день прошёл? — говорит машинально. Вечно один и тот же вопрос. Хоть бы спросила что другое. К примеру, что ел и как спал? Ведь спим-то мы вместе.
— Нормально, — бросаю, — Всё своим чередом! А ты как? Что нового?
Этот «исполняющий обязанности» раньше был правой рукой генерального. Так что все его знают. И он знает всех. Но его не оставят на этом посту. Ибо рожей не вышел! Впрочем, и никого из нас не возвысят до уровня Егорыча. Тот-то был акционер! Кстати, а где его акции? Перешли к жене, как и квартира моя…
— Борь, — произносит она, — Я решила. Уволюсь.
— Чего ещё? — хмыкаю я, ведя наш Рендж Ровер сквозь майский закат.
— Просто… мне трудно работать там, понимаешь? — отрывисто цедит она.