Чу Угиль ходил, хромая, по лагерю, и люди боялись поймать его взгляд — такой тот был пугающий и мрачный. А однажды бывший десятник был приглашен в штаб генерала, где застал пленного ниппонца, который нанес ему не только рану, но и страшную обиду. Ноздри Угиля стали раздуваться шире лица, тот прямо при всех принялся задирать самурая, а сам Гото в ответ с ухмылочкой заявил, что его старая бабка учила раны поливать мочой, дабы те не воспалялись. Так что он, Гото Арито, готов лично заняться лечением…
Что потом было! Хорошо, что охромевший Звезда стал не таким быстрым, и до драки прямо перед всеми вельможами не дошло. После этого Ли Чжонму лично отправил неудержимого командира куда подальше.
— Угиль, сколько у тебя уже людей?
— 913… сиятельный, — тигромедведь был таким хмурым, что утратил последние остатки чинопочитания.
— Больше не набирай. Завтра тебе задание: разбей свой корпус на шесть отрядов по 140 человек. Называть их будешь — ротами. В каждом поставь командира. Да не дружков своих близких, а чтобы командовать могли и авторитетом пользовались. Понял?
Чу Угиль дал понять, что понял.
— Вроде… не весь это корпус получается.
— Хорошо считаешь! 73 остается. Нескольких парней — помоложе и пошустрее — при себе оставь. Гонцами. А шесть десятков сбей в отдельный отряд. И собери туда лучших наездников. Будем конницу делать.
— А зачем столько? Лошадок свободных всего два десятка осталось.
— Если предки помогут, еще найдем, — улыбнулся старый генерал. — Так что делай. Даю тебе на это весь завтрашний день.
— А потом?
— Верно. И «потом» будет. Пойдешь на север — гонять недобитых Со и Мицуура. Наименьшая твоя задача: чтобы этим самураям с асигару и подумать некогда было к нам сюда лезть и пакости устраивать. Наибольшая — захватить мальчишку Садамори. А то он что-то писем мне не пишет.
Угиль слегка оживился — Гвануку даже страшно стало за «мальчишку Садамори».
— Помни: главное, не победить, но сохранить войско. Не вздумай попасть в ловушку.
Через сутки почти весь корпус тигромедведя ушел на север, генерал Ли велел оставить только конный отряд — им требовлось осваивать новое воинское ремесло. А в лагере и в Одзаки после ухода шумных головорезов Звезды и самого обиженного на жизнь Угиля стало потише. Жаль, что ненадолго…
— Эй, парень! — Ю Сып окликнул О Гванука, который мыл посуду за углом резиденции главнокомандующего.
С того памятного разговора командующий Левой армией почти не общался с генералом Ли. А сейчас заявился сам, да не один — с ним было около десятка сопровождающих. Все воины.