— Твой истинный император — это старый владыка, что страдает в храме, брошенный всеми! И тобой тоже… А ведь у него и сын есть Цунеацу, и внук Сейсё. Целая династия, Гото Арита, которая могла бы занимать трон по праву! Как завещал еще Го-Сага.
— А что я мог бы сделать? — мрачно спросил Арита. Не генерала Ли. Саму Вселенную.
— Что сделать? Может быть, вспороть себе живот, как ты хотел сделать недавно? Ты молодой, сильный воин! У тебя есть руки и, возможно, голова! Но вместо того, чтобы попытаться спасти бесценное, восстановить разрушенное — ты просто хочешь бесполезно убить себя.
— Ты не понимаешь… — с мукой в глазах тихо произнес Гото Арита.
— Верно. Не понимаю. Если и так, и этак смерть в итоге, разве не лучше потратить жизнь с пользой? Попытаться восстановить справедливый порядок!
Самурай молчал.
— Я слышал, что у вас уважают тех, кто уходит сам, если не исполнит волю господина. Получается, ты совершаешь самоубийство не ради господина, а ради себя. Чтобы о тебе не говорили плохо. Что же в этом высокого и благородного? Если ты с одним мечом кинешься на целую армию, спасая императора — это неблагородно, а если воткнешь в себя нож, бросив императора — то все восхищаются. Ты прав: я не понимаю этого.
Генерал и самурай шли молча.
— Я бы в этой ситуации кинулся с мечом на войско, — наконец, высказался в пустоту Ли Чжонму. — А еще точнее… я бы нашел другое войско. И уничтожил обидчиков императора.
И он очень выразительно посмотрел на своего собеседника. Гото Арита встал на месте. Вдруг ниппонцу стало ясно, зачем ему показывали все эти тренирующиеся отряды.
— А тебе это зачем… сиятельный? — впервые Гото протитуловал своего собеседника.
— Я, знаешь ли… чту старого владыку, — неопределенно ответил главнокомандующий.
— Ты действительно думаешь, что твоя армия может вторгнуться в Ниппон? — шепотом спросил самурай, не в силах поверить своим же словам. — Со дня на день сюда вернется флот Самонтаро — вот о чем думать надо!
— Ты думаешь, меня волнуют какие-то несчастные пираты? — с очень показной небрежностью произнес генерал Ли. — Это просто мелкая помеха на большом пути. Идем!
Они подходили к полигону, где подручные Чахуна только-только подготовили вторую пуш-ку. Прихода главнокомандующего здесь ждали. Два начищенных ствола уже стояли на лафетах, орудийные расчеты выстроились на своих точках. А перед пуш-ка-ми — в сотне шагов — в землю вкопали пять десятков кольев, на которые насадили мешки с травой. Они изображали врагов. Ли Чжонму сам указал такую дистанцию, чтобы не показывать ниппонцу все созможности новой артиллерии.