Я глубоко вздохнула, заставляя слезы отступить. Нет. Плакать я не буду. Роман борется там, Марк и Сашка зубами грызут землю здесь, а моя задача — быть сильной ради нас двоих. Точнее, уже ради троих…
— Дашутка, ну ты чего замерла, ровно неживая? — голос бабы Нины вернул меня в реальность. Она уже налила до краев молока и теперь с теплой, понимающей заботой всматривалась в мое лицо. — Садись давай. Накрутила себе опять в голове бог весть что… Утро на дворе, солнце вон какое разгулялось.
— Да, баб Нин, сейчас… — я улыбнулась, садясь на лавку, и обхватила ладонями бока кружки.
Не успела я сделать первый глоток, как дверь снова скрипнула, и в избу вернулся Сашка. От него пахло колодезной свежестью, мокрые волосы были взъерошены, а лицо от ледяной воды наконец-то приобрело нормальный, бодрый цвет. Посмотрев на накрытый стол, он неловко переступил с ноги на ногу.
— Курочкина, ты это… завтракай давай, — негромко буркнул он, косясь на бабу Нину, которая уже нарезала на деревянной доске толстые ломти свежего хлеба. — А я пойду к деду Макару. Он там на крыльце сидит, курит свою махорку и просил тебя зайти, как освободишься.
Я удивленно приподняла брови, застыв с кружкой в руках:
— Дед Макар? Мне? А что случилось, Саш?
— Да бог его знает, — Сашка пожал плечами и поправил куртку, под которой угадывался жесткий контур кобуры. — Ворчит чего-то про вчерашний «Камаз», палисадник свой испорченный вспоминает. Но сказал, дело есть именно к тебе. Марк разрешил, если я рядом буду. Так что не торопись, допивай молоко, я на улице подожду.
Баба Нина только всплеснула руками, качая головой:
— Ой, старый хрыч, под старость лет совсем с ума сбрендил! Чего удумал — беременную девку к себе вызывать… Иди-иди, Дашутка, узнай, чего там этот пень старый выдумал. Только шаль накинь, на улице хоть и солнце, а ветерок майский обманчивый.
Я сделала глоток теплого, сладкого молока, чувствуя, как внутри разгорается любопытство.
Мы с Сашкой шли по подсохшей тропинке вдоль заборов. Майский ветер приятно холодил щеки, и я поглубже укуталась в накинутую на плечи шаль. Сашка шел рядом, расслабленно засунув руки в карманы куртки. После ледяной воды он окончательно ожил и теперь с интересом разглядывал сонные деревенские пейзажи. Клоповка дышала абсолютным мирным покоем, и это умиротворение окутывало меня плотным, защитным коконом.
Глава 5 Бархатная ночь
____________________________
За окнами кабинета давно стояла глухая, непроглядная майская ночь. Время на настенных часах перевалило далеко за три, но в этом полутемном пространстве… счёт часам давно был потерян.