— Все, пойду я, — смущенно отводя взгляд, сказала она. — Отца на остановке ждать нужно, — шагнула назад и подняла глаза, посмотрев в мои. — Удачи желать не буду, но победить — желаю! — развернулась и шагнула в свет фонаря.
— Спасибо.
Таня, не оборачиваясь, махнула мне рукой, и я еще немного постоял, глядя ей вслед. Ладно — пожили, а теперь пора подтвердить свое право на эту жизнь.
Высокий фасад ДК венчал собой площадь, светя во все окна. Я взошел по длинной лестнице и вошел внутрь. После улицы — тепло, тихо, и лампы дневного света режут глаза. Почти пусто — кроме бабушки-вахтерши имеется только столик с курящим за ним незнакомцем лет сорока и табличкой «регистрация участников». Скромненько — ни площадки центральной у турнира, ни стягов с растяжками, хоть турнир и статуснее межвузовского. Статуснее, но ориентирован на взрослых участников, поэтому лишними атрибутами можно пренебречь — здешние участники уже давно запомнили, что шахматы — это почетно, и подкреплять это мнение незачем. Скучный взрослый турнир.
— Паспорт и книжка, — запросил регистратор. — О, это ты колхозник с кандидатским баллом, получается? — уточнил, посмотрев в книжку.
— Наверно я, — пожал я плечами.
— Повезло тебе, что студент, — заметил он, записывая мои данные в журнал. — Без прописки общажной на городской турнир не попал бы.
— Мне со всех сторон везет, — признал я. — Тьфу-тьфу-тьфу.
— Шахматист, а суеверный, — осудил регистратор, вернув мне документы. — Распишись.
Я расписался.
— Туда, — указал он налево. — Гардероб закрыт, сразу в малый зал давай.
По пути я думал про соперника. Жеребьевка случилась заранее и навсегда, поэтому, если бы не Шилов со своей методикой тренировки «если меня одолеешь, других и подавно», я бы дал себе труд готовиться «под» каждого соперника, но не судьба — знаю только имена и ранги. Хорошо это или плохо, покажет жизнь, а пока заходим в малый зал, морально готовясь к битве с КМС Ильей Андреевичем Шеиным.
Сцена в глубине скрыта занавесом. В промежутке между ней и сиденьями — три ряда столов. На потолке, как всегда, имеется противно гудящая лампа. Судейский стол — в углу. За парой столов игра уже началась — полагаю, мужики договорились начать пораньше, потому что у них семьи и работа. Еще пяток участников сидели за столами в одиночестве — без десяти семь, соперники еще не пришли. Интересно, а мой уже на месте?
О, Лаврентий Степанович за судейским столом! Приятно видеть знакомое лицо. Машет. Подходим.
— Здравствуйте.
— Сомин — стол номер четыре, черные, — направил меня Лаврентий Степанович, сэкономив на приветствии.