Чтобы не отвлекать занятого оператора — современная техника требует бережного обращения.
— Интервью, — вполне вежливо ответил он. — Камера, как ты уже понял, звук не записывает — его пишут сюда, — указал на стоящий у своих ног магнитофон.
В сравнении с камерой очень даже портативный.
— А текст дадите?
— А ты говорить не умеешь? — подколол журналист.
— Все! — заявил оператор, выкатывая камеру на исходную.
— Товарищи, у нас регламент! — напомнил главный судья.
— Отставить интервью, — развел руками «микрофонщик». — Только награждение.
Тоже хорошо, но обидно.
По команде судьи мы собрались у судейского стола. Оператор и осветители встали так, чтобы видно было всех. Вытерев платочком лицо с залысинами на лбу, главный судья поднялся на ноги с листом бумаги в руках:
— Межвузовский городской шахматный турнир объявляется завершенным.
Журналисты попытались похлопать, но сдулись под строгим взглядом судейства.
— Турнир проводился по швейцарской системе в семь туров. Участие приняли двадцать два перворазрядника высших учебных заведений города.
Он перевел взгляд на таблицу:
— Двадцать второе место…
Мы пережили долгое перечисление нулей, потом — единиц с двойками, и наконец добрались до пятерки лидеров.
— Пятое место — Саркисян. Три с половиной очка. Четвертое место — Громов. Четыре очка. Третье место — Фридман, — судья взял со стола грамоту и книжку с ферзем на обложке и махнул грустноглазому. — Пять очков.
— Спасибо, — пожал Фридман протянутую ему руку, взял грамоту с книжкой и вернулся к нам.
— Второе место — Белов. Пять с половиной очков.
Курильщик грамоту и книгу взял без радости.
— Первое место — Сомин. Шесть с половиной очков. Победителю турнира присуждается первый приз и кандидатский балл.
К окончанию фразы я уже был у стола. Взяв грамоту (ярче, чем у других) и бумажку с надписью «Годовая подписка на журнал ‘Шахматы», я пожал руку, заодно увидев на табличке имя главного судьи:
— Спасибо, Юрий Степанович.
Шилов фамилия. Кажется знакомой, но это нормально — сколько фамилий средний человек за долгую жизнь слышит?
— Не расслабляйся, тезка, — неожиданно улыбнулся он мне. — Первый кандидатский балл подтверждается вторым.
— Буду стараться, — пообещал я.
— Призеры, давайте к столу, — скомандовал фотограф. — Грамоты у груди, лицом ко мне.
Сфотографировались.
— Все, по домам! — махнул на нас рукой Юрий Степанович.
Может все-таки интервью? Нет? Все уходят? И даже Дима уходит? Эх, а мне потом скажут, что отрываюсь от коллектива.
— Товарищ, а когда сюжет показывать будут? — догнав «микрофонщика», спросил я.