Поразительно, но мы закончили играть первыми — остальные еще возятся. Нельзя торопиться и рисковать в последний день. Лаврентий Семенович записал наш результат, выдал бланки, и Белов сразу же пошел к окошку «закуривать» стресс. Ну а я пошел к Диме, который второй раз за турнир пытался одолеть Фридмана.
Грустные глаза кудрявого худого невысокого носатого паренька неотрывно смотрели на доску. Лицо совершенно спокойное. Дима нервничает, и уже успел снять пиджак, повесив его на спинку стула. Рубаха на спине мокрая, лицо — тоже. Вытерев его платком, Дмитрий бросил на меня взгляд, который мне не понравился — так победители не смотрят. У тебя же, блин, фамилия Громов, ты должен быть кремнем, а не бродячей собакой!
Впрочем, понимаю — ситуация на доске совсем не в пользу моего старшего товарища. Поздний миттельшпиль. Ферзи еще на доске, у каждого осталось по ладье, у Димы — слон и конь, а у Фридмана два слона. Пешечная структура перекошена: у Дмитрия на ферзевом фланге дыра, зато на королевском — пространство и чуть более активные фигуры.
Проблема ясна: инициатива на данный момент у Фридмана. Его слон режет доску по диагонали, ладья стоит за пешкой, а ферзь тихо давит на слабый пункт. Если грустноглазый сейчас пойдет в атаку, Дима может не справиться. До боли хочется подсказать, но нельзя. Остается скрестить пальцы за спиной — жестами тоже подсказать можно, за этим следят — и тихо болеть за старшего товарища, надеясь, что мое присутствие придаст ему моральных сил.
Фридман не спешил, сидел как каменный, и только грустные глаза перебегали с фигуры на фигуру. Не рискует, очень хочет получить очко. Дима думал долго, а потом сделал ход — передвинул коня в центр, перекрывая диагональ слону. Не то чтобы прямо хороший ход — скорее необходимый для сохранения позиции.
Соперник ответил почти сразу, переведя ферзя. Опасность прямой атаки снизилась, но давление остается. Вытерев лоб платком, Дима глубоко вдохнул, медленно выдохнул и прибег к защитному маневру, уведя ладью на открытую линию и прикрыв ею тылы.
Теперь надолго задумался Фридман. Пока он думал, на двух столах почти одновременно закончились игры, и к нашему столу подтянулась четверка зрителей — они в нижней половине турнирной таблицы, им полезно посмотреть на игру лидеров.
Грустноглазый искал, где можно дожать, но дожимать было нечего — Дима смог связать фигуры так, что любая попытка вскрыть позицию приведет к разменам. Фридману хватило мужества разменять слона на коня ради упрощения картины. Дима ответил разменом ладей. Ферзи — на месте, но прямые атаки окончательно канули в Лету. Позиция начала выравниваться, и через несколько ходов на доске почти симметрия — ферзи, по слону и по несколько пешек. Структура Фридмана лучше, но у Димы более активный король. Немного долгих раздумий, и Фридман поставил шах. Дмитрий спокойно увел короля. Второй шах — просто потому, что грустноглазый может себе его позволить без последствий. Дима вновь увел короля. В принципе, на этом партию можно закончить — мат здесь никому не светит. Подумав десяток минут, Фридман пришел к такому же выводу и предложил: