Вслед за этим от юноши, словно от брошенного в воду камня, во все стороны хлынула незримая, подавляющая волна.
Всюду, где она прокатывалась, съежившиеся на полу забулдыги мгновенно обмякали, содрогаясь в крупной дрожи. Даже военный связной Ус Кент напрочь лишился рассудка — казалось, он столкнулся лицом к лицу с самым леденящим, первобытным кошмаром мироздания и теперь отчаянно жаждал лишь одного: бежать отсюда без оглядки.
Набегающие вышибалы тоже не избежали этой участи. Их умы затопил запредельный, животный ужас. Головорезы, потеряв всякие ориентиры, заметались по залу, сея вокруг еще большую панику и хаос.
Звяк! Бряк! Подземные стражи в панике побросали оружие. Кто-то забился в угол, свернувшись в дрожащий клубок, а кто-то так и застыл столбом, мелко трясясь, пока на штанах стремительно расплывались мокрые пятна.
«Краснобая» Мисора тоже словно громом поразило. Оцепенев от страха, он принялся бессмысленно, судорожно топтаться прямо у самого входа в казематы.
Это было «Устрашение» из арсенала «Психиатра» — оно же «Драконья аура», оно же «Массовая истерия»!
Единственный в нынешнем арсенале Клейна Потусторонний навык контроля по площади!
Тем временем Клейн и не думал сбавлять обороты. Преодолев разделяющее их расстояние в несколько стремительных шагов, он оказался прямо подле Мисора.
И в эту самую долю секунды перед его мысленным взором внезапно, словно наяву, вспыхнула картина: парализованный животным ужасом корсар резко вскидывает голову, вкладывает всю массу тела в скручивание и с сокрушительной силой выбрасывает правый кулак прямиком ему в висок.
Не тратя ни мгновения на раздумья и всецело доверяя интуиции «Клоуна», Клейн молниеносно пригнулся и виртуозно ушел в сторону.
Почти синхронно с этим «Краснобай» Мисор действительно вскинул лицо. В его карих глазах плескалась ледяная, кристальная ясность — от былого хаоса не осталось и следа.
Он неведомым образом умудрился сбросить с себя оковы «Драконьей ауры»!
Подобный финт стал для Клейна полнейшей неожиданностью.
Бам!
Мышцы Мисора буграми вздулись от напряжения. Подключив корпус и вложив в удар всю свою звериную ярость, он выстрелил кулаком, словно пушечным ядром. Увы, снаряд прошил лишь пустоту, с глухим ревом впечатавшись в стену у самого входа.
Хрясь!
Каменная кладка под костяшками пирата разлетелась в крошево. Во все стороны брызнула густая паутина трещин, образовав зияющую пробоину, а само здание таверны содрогнулось от фундамента до крыши.
Сокрушительная мощь этого удара многократно превосходила убойную силу револьверной пули!