— Ударит, — согласился я. — Мне об этом можешь не говорить, я сам видел, как он напал на своего союзника Любомира. Поэтому надо всеми силами избежать союза со Станиславом.
— Но ты же сам только что сказал, что нам предстоит отбиваться от альвов вместе с бряговичами! — раздражённо воскликнул дядя.
— Но Станислав не брягович! — резонно заметил я. — Он узурпатор, его сын незаконно сидит на Крепинском престоле!
— Это всё красивые слова — про законность. Ты же понимаешь, что Крепинского княжества уже нет.
— Оно есть, — возразил я. — Просто на престоле в Крепинске сидит чермянин. Но эта проблема решаемая.
Видогост посмотрел на меня с нескрываемым удивлением и сказал:
— Ты говоришь мне, что не надо воевать с соседями, и тут же намекаешь, что я должен поддержать Чеслава в его притязаниях на Крепинский престол?
— Чеслав не единственный претендент на престол, — напомнил я.
— А кто ещё? — удивился дядя.
— Вообще-то, у бряговичей есть княгиня. Ясна Любомировна.
— Княжна Ясна? — дядя опять рассмеялся, коротко и зло. — На престол? Не смеши меня!
— Не княжна, а княгиня, — поправил я. — Ясна имеет все права на Крепинск не только как дочь бывшего князя, но и как законная супруга нынешнего. В случае убийства Далибора или его бегства из Крепинска, Ясна станет законной правительницей княжества.
— Не дело это, чтобы баба княжеством управляла! — отрезал Видогост.
— Ты её плохо знаешь, Ясна сможет, она…
— Баба княжеством управлять не должна! — перебил меня дядя.
Я посмотрел на его возмущённое лицо и понял, что на эту тему сейчас спорить бессмысленно. Дядя в этом вопросе был упёрт и категоричен, а у меня не было ни времени, ни аргументов, которые могли бы пробить эту стену прямо сейчас. К тому же стоило возвращаться, мы оба уже слишком долго отсутствовали: я на трибуне, он в ложе.
— Предлагаю отложить этот разговор на потом, — сказал я. — Тебя уже явно потеряли.
— На потом? — переспросил Видогост.
— Я думаю, нам нужно будет обязательно встретиться в нормальной обстановке и обсудить многие вещи. Как минимум мы должны согласовать и объединить усилия в поисках заказчика убийства отца.
Дядя призадумался. Потом кивнул, соглашаясь не столько со мной, сколько с очевидностью самой мысли. Найти настоящего убийцу Борислава он очень хотел. Найти и наказать. И это было то единственное, в чём мы с Видогостом совпадали полностью и без оговорок.
— Заказчика убийства Борислава нужно найти, — согласился дядя. — И мы его найдём. И я лично с него сниму кожу. С живого.
Я был не столь кровожаден, но возражать не стал. Протянул дяде руку, тот посмотрел на неё, потом на меня, помедлил секунду и взялся за мою ладонь. Я потянул его вверх, Видогост тяжело поднялся с сундука, выпрямился, одёрнул мятый, перепачканный землёй кафтан. Провёл ладонью по лицу, потрогал шишку на лбу, поморщился.