Гоблины, шкриняпы, орки Стрыга и Орочи, хобгоблины — все вперемешку выстроились полукругом вдоль кромки леса. У каждого в руках лук, копьеметалка или духовая трубка. За стрелками — вторая линия со щитами и копьями. И все смотрели на три сотни врагов, как мясники на буйного быка.
Железнозуб шумно выдохнул. Даже на расстоянии я видел, как побелели костяшки его пальцев на рукояти топора. Орочий вождь осмотрел полукольцо врагов, посчитал в уме соотношение сил и заревел одно-единственное слово, от которого его воины развернулись и побежали на север, к Озёрному:
— Отступать!
Триста орков рванули прочь, бросая раненых и подгоняя медлящих.
— Стрелки! — рявкнул я, и мой голос из-под шлема разнёсся над полем. — Залп!
Первая волна стрел с парализующим ядом накрыла отступающих. Орки валились один за другим. Их ноги подкашивались, руки теряли хватку на щитах. Некоторые продолжали ковылять, но вторая волна довершала начатое. Строй рассыпался, превратившись в толпу хромающих, спотыкающихся фигур, из которых лишь немногие ещё сохраняли подобие бега.
Варги были шустрыми. Железнозуб вскочил на ближайшего зверя, рявкнул что-то своим наездникам, и сотня варгов с остатками кавалерии оторвалась от пехоты и понеслась на север. На открытой местности мощных варгов пешие преследователи не достанут. Зато муравьиная кавалерия достанет.
Коржик вылетел из-за кучи валунов и ударил справа, прекрасно зная, где пройдёт отряд варгов. Муравьи медленнее, но они шли наперерез, так что исход практически предрешён. Половина — бойцы ближнего боя, но на обычных муравьях сидела целая сотня «конных лучников», и на полном ходу они обрушили на варгов град стрел.
Варги шарахнулись, и Коржик вклинился в их не шибко стройные ряды, разрезая отряд надвое. Муравьи хватали варгов жвалами, тормозили, делая их лёгкой целью для стрелков. А орки валились из сёдел. Степь заполнилась рёвом и хрустом хитина и костей.
Железнозуб прорвался. Он оказался живучее других. Со стрелой в плече орочий вождь, а с ним ещё два десятка варгов с наездниками вырвались и унеслись на север, к Озёрному. Остальные остались на поле среди мёртвых и покалеченных зверей.
Кавалерия Коржика развернулась и понеслась навстречу бегущей орочьей пехоте, отрезая ей путь к отступлению.
В этот день армия Железнозуба перестала существовать. А вместе с ней умерли и его амбиции. Эх, мне так и не удалось опробовать новые заклинания…
Остаток дня ушёл на сборы. Парализованных орков вязали верёвками и складывали рядами, как брёвна на лесопилке. Мёртвых стаскивали в отдельные кучи и, сняв снаряжение, закапывали, проводя короткий обряд во славу Аида.