А рядом с котлами, в белых фартуках, застыли от ужаса несколько молодых китаянок-поваров.
Глаза орка налились кровью. Инстинкты, вбитые годами набегов, сработали быстрее разума.
Боль и унижение от полёта мгновенно забылись.
Он поднял свой топор и указал им на кухню.
— САМКИ!!! — его рёв перекрыл шум лагеря. — ВЗЯТЬ! МУЖЧИН УБИТЬ!
И веселые, хоть и слегка помятые орки, увидев цель, с радостным улюлюканьем бросились в атаку на ошеломлённых китайских военных…
Администрация Приморской губернии
Кабинет Губернатора
Вячеслав Игоревич Барышников, бывший глава Тайной Канцелярии, а ныне новоиспечённый хозяин Приморья, с брезгливостью провёл пальцем по полированной поверхности стола. На подушечке осталась серая полоса пыли.
Он плюхнулся в обитое дешёвой потрескавшейся кожей кресло, тут же ответившее ему жалобным скрипом, похожим на стон умирающего тюленя.
— Дыра… — прошипел он. — Какая же это беспросветная, убогая дыра!
Ситуация была… ну, так себе, если честно.
Конечно, когда он планировал этот переезд, он читал отчёты. Он знал, что регион проблемный, что коррупция здесь въелась в стены, а инфраструктура дышит на ладан. Но читать сухие строчки в уютном кабинете с видом на Неву — это одно. А сидеть в этом прокуренном кабинете, где даже кондиционер шумит как трактор, — совсем другое.
Кабинет, который должен был олицетворять власть Империи на Востоке, выглядел как приёмная директора захудалого колхоза. Шкаф возле стены перекосился от старости, ковёр вонял пылью и чем-то кислым, а портрет Императора на стене висел криво.
Но интерьер был меньшей из его проблем.
Барышников встал и подошёл к окну. Вид на город тоже не радовал. Серые здания, разбитые дороги…
Всё здесь прогнило. Службы работали не просто плохо — они имитировали работу. Полиция крышевала ларьки вместо того, чтобы ловить преступников. Коммунальщики, похоже, вообще не знали, что такое график. А соседи…
Вячеслав Игоревич скрипнул зубами. Китайцы вели себя так, словно границы не существовало вовсе. Орки шастали по лесам, как у себя дома. Местные аристократы — сборище трусливых и жадных идиотов, которые за копейку удавятся, но при этом мнят себя вершителями судеб.
В столице всё было иначе. Там он годами выстраивал идеальную систему. Паутину, в центре которой сидел он сам. Ни одна муха не могла пролететь без его ведома. Если кто-то смел пикнуть — он узнавал об этом раньше, чем звук вылетал из горла наглеца. Там был порядок. Там была власть.
А здесь? Здесь элитный отряд «Альфа» исчез без следа, и никто — абсолютно никто! — не мог сказать, что конкретно произошло. Местные ищейки разводили руками и несли какую-то чушь про «неведомую силу».