— Острая коронарная недостаточность. Обширный инфаркт миокарда. Фибрилляция желудочков. Критическое падение давления. Сатурация — шестьдесят процентов. Время до необратимых изменений головного мозга — сорок секунд. Начинаю протокол экстренной реанимации.
Из корпуса дрона выдвинулся манипулятор с шприц-пистолетом.
ПШИК!
Григорий Петрович почувствовал укол в шею.
— Введён адреналин. Введён кардиостимулятор. Введён стабилизатор ритма. Введён активатор жизненной энергии.
Ещё один манипулятор с двумя плоскими пластинами опустился на грудь старика.
— Разряд!
Тело Григория Петровича дугой выгнулось над землёй.
А потом… потом он вдохнул.
Это был самый сладкий, самый вкусный глоток воздуха в его жизни. Лёгкие расправились. Боль, сжимавшая сердце стальными тисками, вдруг разжала хватку и отступила, растворившись без следа.
Темная пелена перед глазами рассеялась. Мир снова стал цветным и чётким. Он увидел каждую травинку, каждую иголку на сосне и… перепуганное, заплаканное лицо внука.
— Деда? — шёпотом спросил Пашка.
Григорий Петрович пошевелил рукой. Работает. Ногой. Тоже работает. Он сел, опираясь на руки. Голова кружилась, но сердце билось ровно и сильно, как чётко отлаженный двигатель.
— Вспышка! — предупредил дрон.
Яркий свет ударил в глаза. Дрон сделал снимок.
— Фотоотчёт отправлен, — сообщил механизм. — Цель реанимирована. Жизненные показатели в норме. Кризис купирован. Рекомендация: постельный режим в течение трех суток, обильное питьё. Вашему состоянию ничего не угрожает. Работу считаю выполненной.
Дрон мигнул зелёным огоньком, взмыл в небо и, заложив вираж, умчался в сторону города.
Григорий Петрович сидел на траве, ошарашенно глядя ему вслед.
— Это… что было? — спросил он, поворачиваясь к внуку.
— Я же говорил! — Пашка, размазывая слёзы по щекам, уже улыбался. — Папа мне на телефон приложение поставил. Сказал: «Сынок, дед старенький, мало ли что. Если ему плохо станет, жми на красную кнопку с совой. Помогут». Он говорил, что им больше доверяет, чем нашим врачам.
Старик потрогал свою шею. Даже следа от укола не осталось.
— С машиной, говорит, не подвели, и тут не подведут, — тараторил внук. — Чудо, деда, да?
— Чудо… — эхом отозвался Григорий Петрович.
Он осторожно встал на ноги. Постоял, прислушиваясь к себе. Ничего не болело. Вообще ничего. Он чувствовал себя так, будто бы сбросил лет двадцать.
Через два часа, сидя на веранде и попивая чай с малиной, Григорий Петрович уже знал про фирму «Филин» всё, что мог рассказать интернет и его смышлёный внук.
Он смотрел на экран, где светилась надпись «Подписка Здоровье+», переводил взгляд на доступные тарифы.