Вампирша замерла в сантиметре от меня. От неё исходил чуть ли не могильный холод, а её глаза пылали такой яростью, что я на секунду поверил — она сейчас просто сметёт меня с пути.
— Он мой… — прошипела она.
— Позже! — твёрдо ответил я, не опуская оружия, — Сначала мы должны закончить здесь дело! Воронцову нужны ответы!
Мэри издала низкий рык, от которого заложило уши, но всё же сделала шаг назад от тела барона. В этот момент люк наверху с грохотом распахнулся, и по лестнице кубарем скатился один из охранников усадьбы с разбитым в кровь лицом. Он попытался встать на четвереньки, но тут же получил пинок сапогом от спускающегося следом Фрэнка Ханта.
Шеф выглядел взъерошенным и злым, но совершенно невредимым. Он быстро оценил обстановку, окинув взглядом меня с двумя девушками, бессознательного барона и мой револьвер, направленный на Мэри.
— Я вижу, вечеринка уже началась без нас? — хмыкнул он, перешагивая через тело охранника и спускаясь до конца лестницы. Следом за ним показался граф Воронцов. Его камзол был порван в нескольких местах, а на щеке алела глубокая царапина, но он тоже был жив и здоров.
— Барон решил оказать нам гостеприимство внизу? — граф Воронцов спустился последним и брезгливо пнул лежащего Лихачёва носком сапога. Тот застонал и приоткрыл глаза.
— Очухался? Отлично! — Фрэнк подошёл к барону и рывком поднял его на ноги одной рукой. Тот взвыл от боли в раненом плече.
— Граф… Вы… не имеете права… — прохрипел Лихачёв сквозь стиснутые зубы.
— Я имею все права! — отрезал Воронцов так властно, что даже стены подвала, казалось, дрогнули. — Вы обвиняетесь в похищении людей, находящихся на государственной службе, и нападении на должностное лицо при исполнении! А также… — сделал он небольшую паузу, как будто сомневаясь, продолжать или нет, — … в незаконном содержании под стражей представителей нечистой силы без соответствующих разрешений Святейшего Синода! Это государственная измена!
Барон побледнел ещё сильнее, хотя это казалось просто невозможным.
— Я… защищал империю от тварей…
— Молчать! — рявкнул граф так громко, что Лихачёв вздрогнул всем телом, — Ты будешь говорить только тогда, когда тебя спросят! И поверь мне на слово — лучше тебе отвечать честно и быстро.
Воронцов достал из кармана небольшой кристалл на цепочке.
— Это записывающий камень высшего порядка. Всё сказанное здесь будет зафиксировано для императорского суда дословно.
Он активировал кристалл слабой вспышкой магии.
— Итак, барон Лихачёв… Кто надоумил вас напасть на моих людей? Кто стоит за похищением девушек?