Я обернулся.
— Ну надо же, какая встреча!
К нам, приветственно размахивая газетой, шел майор Искандаров.
— Селихов! Александр! Ты?
Голос разрезал шум площади, как лезвие — плотную ткань. Он был радостным, громким, поставленным. И до боли знакомым.
Я обернулся. И на мгновение мир сузился до одной точки.
Искандаров стоял в трёх шагах от нас, застыв на полудвижении, так будто только что вышел из толпы. В одной руке он держал свернутую в трубочку газету, другой уже тянулся для рукопожатия. И улыбался. Улыбался широко, по-человечески. По-настоящему добродушно.
— Ну надо же, какая встреча! — сказал Рустам Булатович Искандаров, майор КГБ СССР.
Мой мозг сработал на опережение, просканировав его за долю секунды. Он выглядел… другим. Не тем изможденным стариком-скелетом в грязной форме, которого мы с Наливкиным и Масловым вытащили из подвала-каземата полуразрушенного Каравансарая, когда играли в смертельные догонялки с Чохатлором и душманами.
Тогда его лицо было серым, как пепел, а в глазах стояла пустота человека, пережившего слишком много. Сейчас он был загорелым, даже румяным. Волосы, коротко стриженные, с проседью на висках, аккуратно зачесаны. Но главное — осанка. Прямая, собранная, без тени какой-либо сломленности.
Он был в штатском. Носил хороший, добротный костюм песочного, почти бежевого цвета из легкой шерсти. Костюм был не кричащий, но и не дешевкой. Такие носят ответственные работники среднего звена.
На груди майора красовалась белая рубашка, галстука не было. Верхнюю пуговицу Искандаров расстегнул, расслабив воротник. На ногах он носил темно-коричневые туфли «венгерки» на мягкой подошве.
И перчатки. Тонкие, кожаные, светлые перчатки. В такую жару.
— Рустам Булатович, — голос мой прозвучал ровно, я сделал шаг навстречу, автоматически принимая протянутую руку. — Вот не ожидал. Здравствуйте.
Его рукопожатие было крепким, уверенным. Но сквозь тонкую кожу перчатки я почувствовал необычную структуру его ладони — что-то жёсткое, стянутое.
— Да я сам не ожидал, — засмеялся он, отпуская мою руку и тут же переводя взгляд на Наташу. Его глаза, серые, невыразительные, как пуговицы, смягчились, в них появилось искреннее любопытство. — Просто прогуливался, вспоминал молодость… И вдруг — ты! Да еще не один!
— Наташа, моя невеста, — представил я, чувствуя, как она слегка прижимается ко мне. Наташа, это майор Искандаров, Рустам Булатович. Нам приходилось встречаться… за речкой.
«Встречаться за речкой». Самое безопасное и самое лживое определение из всех возможных, что я мог подобрать. Но для меня это было в порядке вещей, ведь я знал Наташу слишком хорошо. Исповедовайся я ей обо всём, что мне пришлось пережить в Афганистане, Наташа бы просто сошла с ума от переживаний.