— Александр, — на выдохе сказал он, — что тебе сказали о нашем бывшем старшине?
— Вашу заставу сложно назвать образцово-показательной, товарищ старший лейтенант, — покачал я головой. — Даже со скидкой на сложные условия афгана.
Чеботарёв впервые с момента нашего знакомства проявил живую эмоцию: он удивлённо поднял брови.
— Расскажите конкретно, что творится у вас на заставе, — холодно проговорил я.
Чеботарёв вздохнул. Опустил глаза.
— Конкретно, говоришь?
— Так точно.
— Конкретно… — повторил он с какой-то горькой задумчивостью. Помолчав ещё пару секунд, он, наконец, решился: — Твой предшественник, прапорщик Сергей Пожидаев, две недели назад, перед самым отбытием в Союз, погиб вследствие несчастного случая. Вот она конкретика, Селихов.
— Как это случилось, товарищ старший лейтенант? — спросил я почти сразу.
Чеботарев стоял ко мне полубоком и в такой позе, будто разговор окончен, а сам он собирается просто уйти. Но при этом ноги его, казалось, вросли в рыжую пыль.
Создавалось впечатление, что старший лейтенант носит в душе что-то такое, о чём рад бы был рассказать кому-нибудь. Отвести душу. Однако его холодный взгляд давал понять — начальник заставы знал — взболтнёшь лишнего, и это может выйти боком.
Чеботарев молчал и смотрел куда-то за периметр, на горы. Его лицо казалось какой-то маской, что он насильно натянул, чтобы скрыть истинные свои эмоции, — выгоревшая на солнце кожа, трещины у глаз, ничего лишнего.
И тем не менее он молчал. Медлил отвечать на вопрос.
— Товарищ старший лейтенант, — снова заговорил я, покачав головой. — Мне здесь служить. Служить на месте погибшего Пожидаева. А значит, я должен знать, с чем буду иметь дело.
— Я уже тебе говорил, — Чеботарев разлепил сухие, слипшиеся губы. — Просто делай своё дело и не лезь лишний раз, куда не надо.
— Прапорщик Пожидаев залез, куда не надо?
Чеботарев резко обернулся. Во взгляде его блеснуло неприятное раздражение.
— Вы говорили, что слышали обо мне, — сказал я, глядя ему в глаза. — А значит, знаете, что отступать я не привык. Всем будет лучше, если я пойму, с чем имею дело. Иначе мне придётся импровизировать.
Старший лейтенант поджал губы. Поправил пыльноватое кепи.
— Лишние проблемы не нужны ни мне, ни вам, — сказал я. — А проблем можно избежать, если знаешь, как действовать.
Он помедлил ещё несколько мгновений.
— Прапорщик Пожидаев погиб в результате несчастного случая, — наконец сказал Чеботарев. Сказал ровно, словно зачитывал строчку из похоронного извещения. — Проверял пост на южном скате. Сорвался. Трагедия, но бывает.