— Как же так? Почему?
— Пойдем, Варвара, домой, — взяла под руку остолбеневшую племянницу тетушка. — Студено совсем, еще простудишься.
— Зарезали сегодня, еще поутру, как из парадной от Ставрогиных выходил, — начал выдавать информацию дед. — Вроде и место людное, а никто ничего не видел. И сумка с письмами пропала… Но потом ее Данилка, Почекаевых меньшой, у моста нашел. Письма все вдоль реки валялись. Может, думали, там деньги у него какие. Жалко Пантюшу, ох жалко, Царствие ему Небесное.
— Так что, Варвара, ты уж не задерживайся, — добавила тетушка. — Видишь, времена-то нынче какие, за копейку людей убивают. Куда мир катится.
Компаньонка
Всю ночь Варе снились кошмары — она бежала, натыкаясь на стены, по бесконечным узким улочкам, удирая от неведомой опасности. Кто за ней гнался, она не знала, но оглянуться, чтобы посмотреть, мешал дикий хватавший за ворот страх. Пробуждение стало спасением. Тикающие в прихожей часы и гремевшая на кухне посудой Степанида сразу вернули к успокаивающей реальности. Все хорошо… Нет, не все, где-то по городским улицам бродят безжалостные убийцы, но ранним утром, выскальзывая из-под теплого одеяла, так не хотелось думать о плохом.
Завтрак, как было заведено в доме Иванцовых, кухарка, она же горничная, подала к семи. Евлалия Павловна, не доверяя неуклюжей Степаниде, самолично расставила белоснежные тарелочки, не фарфор, конечно, но вполне приличного вида столовый фаянс, и налила отцу первую пузатую чашку чая. Павел Петрович, выдав неизменное «мерси», отхлебнул большой глоток, сдвинул на кончик носа пенсне и углубился во вчерашнюю газету.
Варя, приоткрыв масленку, срезала ножом тонкий слой ароматного масла и бережно принакрыла им еще теплую булочку. Тетушка пододвинула к племяннице розетку с вареньем.
— Кушай, Варвара, а то, когда теперь поесть сможешь. То ли покормят там, то ли нет.
— Покормят, — успокоила Варя.
— Как там старая ведьма? — спросил дед, выглядывая из-за газетного листа.
— Па-па! — возмутилась Евлалия.
— Евгения Ивановна? Да ничего, — пожала плечами Варя. — Собирается сегодня проехаться по магазинам, велела приходить попозже.
— Проехаться или пролететься? — хрюкнул дед. — На Рождество подари ей новую метлу.
— Ну, папа, что за несносные шутки? — снова закатила глаза Евлалия Павловна.
— Для начала неплохая работа. Надо же с чего-то начинать, — попыталась Варя защитить свое первое рабочее место.
— За те деньги, что эта старая карга платит, проще было дома у печки сидеть, — дед закрыл газету, откладывая ее на край стола.
— Ну, можно попробовать устроиться в земскую школу… — осторожно начала Варя подбирать слова, и получила резкое: