Плюхнувшись на лавку, я закатила глаза от блаженства, скинув обувь и ощущая, как холодный воздух касается обнаженной кожи, а в следующий миг вздрогнула от другого прикосновения — мои ноги подхватили сильные мужские руки и принялись разминать, пуская по коже волны мурашек и горячих стрел, сосредотачивающихся в животе и груди. Пальцами Рома касался стоп, нажимая, поглаживая и касаясь то сильнее, то легче, а я едва не стонала от удовольствия, и оно было сродни эротическому. В прошлой жизни муж любил ласкать эти чувствительные участки во время прелюдии, и сейчас ощущения были очень похожими. Просто у меня очень давно не было секса. Очень и очень давно. И когда рука Семенова скользнула чуть дальше, чем ей было позволительно, я просто прикрыла глаза и вздохнула, прикусывая губу.
— Блядь, Соколова, я сейчас кончу от твоих стонов, — поднявшись на лавку, Семенов взял меня за подбородок пальцами и повернул к себе лицом, после чего склонился и прикоснулся губами к губам, скользнув по ним языком. — Поехали ко мне? — спросил он негромко в угол моего рта. — Хочешь?
Хотелось ответить, что безумно хочу, и вообще, к своему стыду, я чуть не отдалась ему вот прямо тут, на этой лавке. Потом бы сожрала себя за такое, и хорошо, что этого не произошло. Сейчас внутри меня боролись два чувства — поехать с ним и поехать домой. И я не знала, к чему склониться. Алкоголь все еще дурманил голову, да и Рома, видя сомнения, снова начал ласкать мою кожу, теперь уже в районе ключицы, опаляя горячим дыханием висок и щеку.
От него пахло чем-то терпким, приятным, в моем понимании так и должен пахнуть мужчина, и этот аромат просто забивал мои рецепторы, умоляя сказать «да» и поехать куда угодно, лишь бы оказаться с ним и под ним.
— Вызываю такси? — глухо пробормотал он куда-то в район моего уха, и я кивнула, зажмурившись.
Наверное, я завтра ужасно пожалею об этом, буду потом грызть себе мозг, но сейчас взять и отказаться не могла. Вдруг никогда больше не представится возможность заняться сексом с тем, кто долгое время занимал мои мысли и чувства, и про которого я и сейчас продолжала частенько вспоминать, глядя в карие глаза сынишки.
Пока ждали такси, как-то так получилось, что я оказалась сидящей на Ромке, а он вовсю лапал меня, лаская обнажившееся бедро, одновременно с этим опаляя поцелуями шею и ключицу. Вибрации внутри отгоняли непрошенные мысли, что это все неправильно, и так быть не должно, я просто горела в огне, ощущая пальцы на коже словно горячие стрелы, плавилась в объятиях и не хотела позволять голосу разума взять верх. Пальцами я зарывалась в его волосы, совсем короткие у шеи и чуть длиннее на макушке, ощущая приятное покалывание от их жесткости.